Вика вернулась домой поздно, когда уже стемнело. Тревога не отступала. Обещание, которое она дала сегодня хозяину кладбища рано или поздно придется выполнять. С ним шутки плохи. Но другого способа спасти парня она не знала.
Мама встретила ее на станции, бледная и встревоженная.
– Как прошло? – взволнованно спросила она дочь и взяла за руку.
– Ничего мам, ничего. Справилась. Только устала очень.
Домой шли молча. Вика ступала по грязи как в тумане. Отказалась от ужина, приготовленного к ее приезду, и слабо кивнула в ответ сороке, которая шумно застрекотала, едва завидев девушку.
Сейчас хотелось только спать и ни о чем не думать. Ночью Вика беспокойно металась по подушке, то зарываясь в нее лицом, то скидывая одеяло, которое во сне казалось ей лапищами Погостника, скрюченными и длинными, которые обвивали теперь ее тело вместо шеи Сергея.
Восстановиться, как следует, и заняться корешками да травами не удалось.
Уже на следующий день перед окном стояла бледная девушка лет двадцати, почти как Вика. Тонкая шея под вязаным толстым шарфом торчала как у гусенка, которого хотелось накормить и обогреть, а челка свисала небрежно и косо, касаясь кончика носа.
Вика пригласила ее в дом и обратила внимание, что девушка очень внимательно смотрит на стены в комнате, будто что-то ищет. Под бледной тонкой кожей на руках различались тонкие голубые нити вен.
– Вы мне поможете? – Девушка задрала подбородок и уставилась на Вику потухшими напуганными серо-голубыми глазами.
Вика с любопытством наблюдала и пыталась понять, что ту привело к ведунье? На несчастную любовь лицо девушки никак не указывало, не было на нем следов любовного томления, ревности или жажды поквитаться с соперницей. Наоборот, из нее будто сквозило страхом, но не просто страхом, а особенным – холодным и мистическим.
– Рассказывай, – Вика присела на короткую скрипучую скамейку, а гостье указала на стул рядом со столом, предварительно шикнув на него, будто сгоняя оттуда кота.
– Нет, нет, это нужно увидеть. Я не могу описать словами то, что происходит у меня в квартире. Вы должны это видеть. А если так расскажу, все – равно не поверите, – девушка шумно вздохнула и замерла, ожидая ответа ведуньи.
– Рассказывай, а потом посмотрим, надо ли мне ехать, – как можно мягче ответила Вика, скосив глаза на стул рядом со столом.
– Меня зовут Вера, – девушка поджала губы, – у меня это недавно началось. Вернее, не у меня, а в квартире. Сначала я думала, показалось, но нет. В квартире тени стали…они сошли с ума.
– Как это? – Вика удивленно изогнула бровь.
– Понимаете, я ухожу, а тень на стене остается на месте, и только спустя какое - то время возвращается ко мне.
– Это только с твоей тенью происходит? – серьезно спросила Вика и уставилась на угол печки, где что-то зашуршало.
– Нет, – будто извиняясь, Вера пожала плечами, – все тени дома ведут себя не нормально. И от лампы, и от книги, и от телевизора. Они живут своей жизнью и ходят куда вздумается.
Вера увидела, как Вика отошла к печке и приложилась к ней ухом, вслушиваясь в ей одной понятные звуки, потом закивала головой, будто соглашаясь с услышанным.
– Ладно, подожди, я с тобой поеду, – сказала она Вере и помотала головой, – нехорошо это, совсем не хорошо.
Через два часа Вика заходила в темную квартиру на первом этаже серой кирпичной пятиэтажки. Уже на пороге появилось ощущение, что за ней наблюдают и, судя по движениям энергии, из углов с потолка.
Тени и правда жили своей жизнью, не подчиняясь человеческим законам и не испытывали зависимость от света и угла его падения. Вика прислушалась. Из стен, из-под плинтусов, с потолка раздавались едва уловимые скребущиеся звуки, напоминающие царапанье кошки. Одновременно, со всех сторон. Поток холодного неожиданного воздуха коснулся ее шеи, качнув занавеску, хотя окна, форточка и двери не открывались.
Вера сзади вздрогнула. Кажется, она не различала скребущих звуков, потому что даже не поняла Викиного вопроса о том, давно ли они начались.
– Ты должна мне рассказать правду. Тени не сходят с ума просто так. Что ты сделала до того, как это началось?
Вера молчала.
– Если ты не расскажешь правду, я не смогу помочь, – сверху вниз посмотрела на девушку Вика.
Вера задохнулась, будто ей не хватило воздуха, покраснела и выдавила сквозь стиснутые зубы:
– Мой отчим…
Вика подошла к девушке, отодвинула челку у той с лица, и заглянула в потухшие напуганные глаза, в которых скрывалась страшная тайна.
Вику обожгло от увиденного. Чужая боль качнула в сторону и Вика отпрянула назад, часто моргая глазами, чтобы не заплакать. Кажется, девушка поняла, что ведунья все узнала. Присев на корточки, Вера заплакала.
– Ты сделала обряд? – Вика нервно терла свои ладони, переносицу и уголки глаз, пытаясь избавиться от гадкого ощущения после увиденного.
Не дождавшись ответа, она отправилась к двери, делая короткие частые выдохи. Вера тут же вскочила на ноги.
– Так вы мне не поможете? – обливаясь слезами, успела она сигануть вперед, обогнав Вику и загородив собой входную дверь.
– Уже поздно, – угрюмо себе под нос ответила Вика, сдерживая комок слез под горлом из-за ощущения своего бессилия. – Ты хоть понимаешь, кого выпустила?
Вика облокотилась на дверь, прижавшись к потертой обивке обеими ладонями, и медленно качнула головой слева направо.
– Я думала…я хотела отомстить, он все детство мучал меня, а мать не верила, - девушка сложилась почти пополам, закрыв лицо руками.
– И тогда ты вызвала духов…– дрожащими губами продолжила Вика.
– Да, я просто прочитала заклинание из книги, и они сразу пришли. Сказали, ждут моей команды. А я…
– А ты испугалась и не стала натравливать их на отчима, верно?
Вера молча закивала.
– Да, я подумала, что даже если его не будет, я все-равно не смогу простить, даже мёртвого. И еще… еще они потребовали взамен…
– Жертву… - расширила ноздри Вика, собирая волосы позади в пучок и перетягивая тугой резинкой. Потом замотала головой. – Я не знаю, как тебе помочь. У меня нет столько сил, чтобы справиться с ними. Ты выпустила слишком много духов, которые кормятся твоей ненавистью. Понимаешь? Теперь они не уйдут так просто. И даже если ты сменишь квартиру, они последуют за тобой. Я не могу, не могу. Тебе нужен кто-то сильнее меня.
– Кто? – девушка упала на колени и принялась целовать Викины ладони, – умоляю, помогите мне, помогите, помогите…
Вика сжала зубы, выдернула ладони, задев случайно сережку на мочке уха у девушки, та вскрикнула и, схватившись за потревоженную мочку, позволила ведунье уйти.
– Ну что я могу, что? – бормотала себе под нос Вика по дороге на вокзал. – Там черная магия, я не смогу их прогнать, не смогу…– Вика смахивала слезы, вспоминая боль от насилия, обиду на мать и ужас еженощных кошмаров, в которых Вера убивала отчима. Все это впечаталось в ее сознание и не отпускало.
Отчим насиловал Веру с двенадцати, а мать не верила собственной дочери. Даже спустя два года после того, как отчим с матерью переехали в другой город, Вера не смогла смириться с пережитым и ежедневно задыхалась от ненависти к отчиму, и теперь к матери.
Да, Вика понимала ее желание отомстить. Чисто по - человечески. Но не такой ценой. Не такой! Что теперь будет делать бедная глупая девчонка? Что?
Вика остановилась.
