Сократ – древнегреческий философ, знаменуемый фундаментом человеческого мышления, как в прошлом, так и в настоящем. Прославлен особым методом философствования, именуемым «майевтика». Особенность используемого им формата в рождении знания в диалоге, в процессе которого ставится под сомнение устоявшиеся стереотипы или установки человека.
Философ сравнивает свой способ ведения диалога с занятием своей матери Филареты, которая была повитухой:
«В моем повивальном искусстве почти все так же, как и у них, – отличие, пожалуй, лишь в том, что я принимаю у мужей, а не у жен и принимаю роды души, а не плоти. Самое же великое в нашем искусстве – то, что мы можем разными способами допытываться, рождает ли мысль юноши ложный призрак или же истинный и полноценный плод. К тому же и со мной получается то же, что с повитухами: сам я в мудрости уже неплоден, и за что меня многие порицали, – что-де я все выспрашиваю у других, а сам никаких ответов никогда не даю, потому что сам никакой мудрости не ведаю, – это правда. А причина вот в чем: бог понуждает меня принимать, роды же мне воспрещает»
Диалог Платона «Теэтет»
Чтобы облегчить роды у женщин, Филарета использует препараты и заговоры. Так и Сократ, чтобы способствовать зарождению мысли, использует специальные лекарства. Все разговоры как некий вид заклинаний, порождающий знания. Мы не можем получить знание извне, любая форма его передачи будет просто информацией. На самом деле мы уже рождаемся с опытом, нам нужно лишь вспомнить. И с помощью правильно поставленных вопросов можно самому прийти к этому знанию.
Чтобы породить знание, мы должны задавать правильные вопросы. Уверенные в себе юноши, считавшие себя убежденными в очевидности вопроса, быстро попадали впросак, повернув мысль чуть под иным углом. Каждому человеку нужно подобрать свои «медикаменты», направляя на познание истины.
Пример:
Сократ. Позови-ка мне из твоей многочисленной челяди кого-нибудь одного, кого хочешь, чтобы я на нем мог тебе все показать.
Менон. С удовольствием. Подойди-ка сюда!
Сократ. Он грек? И говорит по-гречески?
Менон. Конечно, ведь он родился в моем доме.
Сократ. А теперь внимательно смотри, что будет: сам ли он станет вспоминать или научится от меня.
Менон. Смотрю внимательно.
Сократ. Скажи мне, мальчик, знаешь ли ты, что квадрат таков?
Раб. Знаю.
Сократ. Значит, у этой квадратной фигуры все её стороны равны, а числом их четыре?
Раб. Да.
Сократ. А не равны ли между собой также линии, проходящие через центр?
Раб. Равны.
Сократ. А не могла бы такая же фигура быть больше или меньше, чем эта?
Раб. Могла бы, конечно.
Сократ. Так вот если бы эта сторона была в два фута и та в два фута, то сколько было бы футов во всем квадрате? Заметь только вот что. Если бы эта сторона была в два фута, а та – в один, разве всего в нем было бы не два фута?
Раб. Два.
Сократ. А когда и та сторона будет равна двум футам, разве не получится у нас дважды по два фута?
Раб. Получится.
Сократ. Значит, в этом квадрате будет дважды по два фута?
Раб. Верно.
Сократ. А сколько же это будет – дважды два фута? Посчитай и скажи!
Раб. Четыре, Сократ.
Сократ. А может быть фигура вдвое большая этой, но все же такая, чтобы у нее, как и у этой, все стороны были между собою равны?
Раб. Может.
Сократ. Сколько же в ней будет футов?
Раб. Восемь.
Сократ. Ну а теперь попробуй-ка сказать, какой длины у нее будет каждая сторона. У этой они имеют по два фута, а у той, что будет вдвое больше?
Раб. Ясно, Сократ, что вдвое длиннее.
Сократ. Видишь, Менон, я ничего ему не внушаю, а только спрашиваю. И вот теперь он думает, будто знает, какие стороны образуют восьмифутовый квадрат. Или, по-твоему, это не так?
Менон. Так.
Платон, «Менон»