Шок
В середине ноября просмотрел внимательно отснятые материалы на Центральном рынке. В левом углу, а это где то четвертая часть торговой площади, отдел цветов. Этот бизнес еще с совдеповских времен держат грузины, у которых на сегодня российское гражданство. Судя по съемке, торговля идет ни шатко – ни валко. Посетители валом не прут. И чего переть то, если цветочные ларьки на каждом углу. Но цветы здесь не главный элемент торговли. Хоть они сюда и завозятся оптовыми партиями, фасуются, распределяются - развозятся по киоскам на микроавтобусах по всем районам города. Это так сказать общая картина. А вот в частности здесь мелькают постоянно действующие сотрудники полиции. Они все здесь появляются по гражданке. И скорее всего не по долгу службы. Троих я лично знаю. Это капитан из отдела по борьбе с наркотиками. И двое парней из отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Пятеро в штатском не понять из какой службы. Но, похоже, что они здесь самые главные. Они дружески беседуют как с продавцами цветов, так и с руководством Центрального. Все местные боссы постоянно крутятся рядом с ними, чуть ли не пылинки с них сдувают. Я своих коллег сразу определяю, будь они в гражданке или даже на пляже в трусах. Что-то есть специфическое в облике силовиков, которое их выдает. То ли вальяжная уверенность людей, которым все позволено, и все можно. То ли почти военная выправка, то ли еще что то подобное. Это сейчас не суть важно. И еще одна характерная деталь: продавцы все мужики – грузины, ни одной местной женщины. В этой торговле явно что-то не так, а вот что не пойму. Подожду объяснений Пончика.
С Жорой Порякиным, то есть Пончиком, удалось переговорить только через неделю. На службе напряг случился. То ли какие-то неформалы, то ли нацисты – националисты замутили митинг с шествием по городу. И их вывалило на главный проспект города столько, что вся полиция не только города, но и области на ушах стояла, образно выражаясь. Я фактически не уходил неделю из отделения. Но как говорится все плохое, как впрочем, и хорошее имеют свойства заканчиваться. И я, наконец, появился на рынке. Пончик на месте. Все отлично. Правда, за исключением информации, которую я не смог пока понять в деталях. Все оказалось гениально просто, а для меня настоящим шоком. Этот цветочный рынок является перевалочным пунктом героина. И все бы ничего, если бы он не курировался моими коллегами. Цветы поступают сюда регулярно. Микрики, загруженные цветами только мелькают. И в каждом букете один стебелек «заряжен белой смертью». Но это не точно, это Жора краем уха слышал. А я не знаю, что предпринять. Если в этом подлом бизнесе полицейские, и все поставлено на широкую ногу, то вполне возможно, что свою долю имеют и люди с большими звездами на погонах. А это уже лично для меня чревато не очень хорошими последствиями. Если фактически за пустяк «заказали», то за это точно на тот свет переправят. Надо думать и еще раз думать. И самое страшное, что уже не отступлюсь, не брошу все как есть. Это однозначно и обсуждению не подлежит. Не прибавил оптимизма и Пончик.
- Слышь, начальник, не лезь в это дерьмо. Головы лишишься.
- Ты в этом уверен?
- На сто процентов. Поговаривают, что эту тему Кантора замутила, а ваши просто на подхвате.
- Короче Жора, делаем так. Пускай это все снимается, а я подумаю, что к чему. Кантора – это серьезно. Если разборка покатит, то и на тебя выйдут. Страхуйся конкретно.
- Меня им сложно высветить. Мало ли кто камеру поставил. Я то не при делах фактически.
- Проверять всех подряд будут. Тем более тех, кто постоянно на рынке работает. Если захотят, найдут. У них там знаешь, какие аналитики серьезные работают. Ты бы по тихой отвалил с этого места, что ли. От греха подальше.
- Получается, что теперь я под перекрестным огнем: ты, Кантора. Стайер. Хоть сегодня в петлю лезь.
- Сильно не трясись, не ты камеру ставил, со мной тебя не видели. Так что пока не паникуй и держись подальше от этих цветочников. Не сегодня же я это дело в разработку отдам. Еще месячишко, как минимум, понаблюдаю. В случае чего на нарка конченного свалю. Мол, он инфу по дури слил. Пока связь прекращаем полностью. Надо будет, найду.
- Ну, смотри, начальник, не погуби мою жизнь молодую. Она у меня хоть и дерьмовая, а одна, и ее лишаться не хочется.
- Не переживай, с этого часа ты не при делах. Сам по дури не залети, куда не надо.
На том и расстались. Камера продолжает бесстрастно фиксировать всех, кто появляется в цветочной зоне.
Привет от любовницы
Все у меня ни как у людей. Вот уже снова месяц без женщины, Рая на звонки не отвечает, но весточка от нее прилетела. В середине декабря у самого подъезда меня окликнул крепкий мужик, одетый по спортивному. В вязаной черной шапочке, как у спецназовца, в рэкетерской, короткой кожаной курточке, спортивных штанах и кроссовках ярко – белого цвета. Ну, прямо гопник из девяностых во всей красе. А так как я постоянно в напряге, то даже ни на секунду шага не замедлил. Мол, не понял, что это ко мне обращаются. Успеваю сделать три шага и подумать, что киллер не стал бы окликать, как мощная рука хватает меня за левое плечо и разворачивает на себя. Ускоряюсь максимально в сторону рывка и резко бью противника в солнечное сплетение. Мой кулак врезается, словно в стену. Пресс у мужика не пробиваемый, но у меня реакция и боевое мышление лучше. Тут же всем телом, почти в падении, на мгновение повис на держащей меня руке. Мои семьдесят семь килограмм веса с хорошим разгоном срывают кисть противника с плеча. Резко перекатываюсь через спину и вскакиваю уже в метре от противника. Мужик было спружинил в мою сторону, но так же мгновенно замер, уставившись в четыре глаза травматической «Осы». А чтобы доказать, что совсем не шучу, отвел красный луч лазера с его лица и бабахнул. В нашем тихом переулке выстрел прозвучал убедительно. На всякий случай делаю два шага назад. Уж очень силен стоящий передо мной человек. И чтобы до конца прояснить обстановку для напавшего, заученно докладываю:
- Я офицер полиции. Стреляю на поражение.
Этот товарищ мне незнаком однозначно. Пытаюсь не глядя, набрать номер полиции и это у меня не получается. И глаза боюсь отвести от противника. Потихоньку отхожу назад и в сторону.
- Ладно, мент помойный, живи пока. Еще увидимся.
Я не дохляк, и оскорбления сносить не намерен. Тем более у меня готовы к бою две ноги, левая рука. И «Оса» в правой очень хорошая им подмога.
- Еще раз вякнешь и получишь из травматика по яйцам. А вообще, ты кто такой? Может ошибся?
- А жену мою Раю знаешь? Не помнишь, как оскорблял ее, склоняя на тр@ханье. Ну что замолчал, сука? Вспомнил?
- Вы ошибаетесь. Никого и ни к чему я не склонял. Сейчас подъедет наряд полиции, и мы уже в отделении разберемся во всех этих деталях.
- Ты только и можешь, что в отделении разбираться. А вот так по-мужски слабо однозначно.
- Вы напали на действующего сотрудника полиции, и за это придется ответить. А заодно и жену твою вызовем в отделение. Вот она там и пояснит кто к ней и с чем приставал, чтобы неповадно было клеветать на честного полицейского.
- Слушай сюда, честный полицейский. Ты же раскрыл кражу нашей квартиры?
- Ну, я. И что дальше?
- Значит, общался с моей женой.
Рая мудачка, наплела супругу черт знает что. Точно мозгов нет.
- Я с ней два раза пересекался в ЖЭУ. Нафиг мне старуха, когда у меня жена молодая и красивая. Дай Бог ее удовлетворять.
Пусть передаст мои слова про старуху, в отместку за ее тупой наезд. А почему тупой то? Она меня отлично просчитала. Уверена же, что я ее мужу и словом не обмолвлюсь о наших постельных кувырканиях.
- Я жене верю, она не обманет.
- Мужик, как на духу говорю, это все непонятные фантазии твоей жены. Ты сначала с ней разберись, а уж потом начинай кулаками махать. А то так и до тюрьмы недалеко.
Задумался на мгновение, видно сомнения легли на душу. Медленно развернулся и пошел на выход из двора, напоминая со спины медведя. Такой же здоровый, слегка косолапый, с руками штангиста в стороны от туловища.
Продолжение следует... ----> Жми сюда
С уважением к читателям и подписчикам,
Виктор Бондарчук