Найти в Дзене

Терапевтический случай. Навязчивая идея мести.

Все родители в той или иной степени боятся за своих детей. И это нормально, если только страх имеет пределы и не гипертрофирован. Однако порой родительские страхи могут быть или совсем нерациональны, или неадекватно преувеличены. И тогда ребёнок может уловить такой импульс, отождествиться с образом своего паникующего родителя. А это, в свою очередь, может в будущем вызвать у ребёнка большие проблемы, в том числе со здоровьем. Когда-то давно к Михаилу Кокорину обратился молодой человек (назовём его Ильёй), страдающий шизофренией. Шизофрению ему поставили к тому времени 2 года назад в психиатрической больнице, но страдал от навязчивой идеи Илья уже давно. Идея эта заключалась в том, чтобы отомстить одному хулигану, который много лет назад ударил Илью на улице. На первом сеансе Илья рассказал: "Мы с другом занимались хоккеем. Однажды вечером мы возвращались с тренировки, и к нам пристали двое гопников. Мой друг сразу же сбежал, а я остался, подумав, что я же не трус! Один из гопников удар

Все родители в той или иной степени боятся за своих детей. И это нормально, если только страх имеет пределы и не гипертрофирован. Однако порой родительские страхи могут быть или совсем нерациональны, или неадекватно преувеличены. И тогда ребёнок может уловить такой импульс, отождествиться с образом своего паникующего родителя. А это, в свою очередь, может в будущем вызвать у ребёнка большие проблемы, в том числе со здоровьем.

Когда-то давно к Михаилу Кокорину обратился молодой человек (назовём его Ильёй), страдающий шизофренией. Шизофрению ему поставили к тому времени 2 года назад в психиатрической больнице, но страдал от навязчивой идеи Илья уже давно. Идея эта заключалась в том, чтобы отомстить одному хулигану, который много лет назад ударил Илью на улице. На первом сеансе Илья рассказал: "Мы с другом занимались хоккеем. Однажды вечером мы возвращались с тренировки, и к нам пристали двое гопников. Мой друг сразу же сбежал, а я остался, подумав, что я же не трус! Один из гопников ударил меня по лицу и обозвал пи***ом. С тех пор я не нахожу себе покоя, я хочу отомстить ему! Я узнал, в каком районе он живёт, где учится. Однажды я подкараулил его и позвал на серьёзный разговор. Но он сломал мне нос и сбежал!".

Скажем сразу, что одним сеансом психотерапевтическая работа не ограничилась. Но и диагноз у пациента был серьёзным, а болезнь длилась давно. Однако до причины удалось "докопаться". В какой-то момент Илья вспомнил ситуацию из детства: "Однажды мой папа вернулся с морей (он был моряком), посадил меня на стул и стал рассказывать: "Помнишь дядю Серёжу, с которым мы вместе ходим в моря? Если он будет предлагать тебе конфеты или игрушки, не бери! И если будет звать с собой куда-то, не ходи ни в коем случае!". Папа выглядел очень встревоженным и расстроенным. Я тогда так и не понял, почему".

Оказалось, что папа Ильи узнал, что дядя Сережа - педофил и гомосексуалист. Это его очень сильно встревожило. Он попытался оградить маленького сына от вероятных домогательств своего сослуживца. А в итоге получилось, что сын уловил отцовскую тревогу, но не понял причины, и отождествился с тревожащимся папой. Папина позиция стала частью внутреннего диалога Ильи.

Но как это связано с навязчивой идеей отомстить хулигану? Всё очень просто. Стимулом для "пробуждения" образа стало слово "п***р", которым хулиган обозвал Илью. Отец Ильи думал про дядю Серёжу: "Он п***р". Вот это слово и послужило так называемым триггером. Через него и удалось выйти на причинную ситуацию.

По окончании психотерапевтической работы Илья полностью выздоровел, смог получить 2 высших образования и вот уже много лет ведёт лечебную физкультуру для пожилых людей.

Если вы хотите овладеть интегральной психологией и психотерапией, приглашаем вас в 41 учебную группу!