Почему вся реабилитационная медицина СССР вышла из угольной шахты? Уроки практического гуманизма

Подход к восстановительной медицине был самый прикладной: мощности, койко-места, специалисты – всё строится там, где нужно, а не там, где удобно по аппаратным соображениям. Наш дом – не Москва, а весь Союз. И никак иначе.

Например, первая из реабилитационных клиник того времени в 50-60-х гг. была развернута на Кузбассе. Причем не в Кемерово, столице региона, а в Прокопьевске, в непосредственной близости от главных шахт.

Создавали ее всем медицинским миром, причем принимая во внимание не партийность или какую другую идеологию, а только профессиональные критерии. Так, хирургическим отделением заведовал гениальный хирург-травматолог Климентий Ниренбург, который до этого прошел сталинские лагеря. Практически как Сергей Павлович Королев.

Почему Прокопьевск? Потому что шахты всегда были (и остаются) крайне травмоопасным местом, и когда случается ЧП, самая лучшая медицинская помощь необходима не где-то там, в трех-четырех часах на самолете, а прямо на месте.

Проходит несколько лет, и Прокопьевская областная травматологическая больница становится исследовательским центром – сейчас это Кузбасский НИИ травматологии и ортопедии.

Концепция, сформулированная наиболее полно тем же Климентием Ниренбургом, – это и есть гуманизм в его высшей точке: «восстановить способность тяжело травмированного или заболевшего человека к активному участию в производственно-общественной жизни».

Создатели Прокопьевской больницы выдвинули концепцию создания в каждом регионе «больниц восстановительного лечения или центров медико-профессиональной реабилитации». Причем задача эта должна быть межведомственной, в нее вовлекаются и медицина, и социальные службы.

К сожалению, после 1991 г. на многие годы медицинской реабилитацией откровенно пренебрегали, по крайней мере, не было системных мер по ее развитию. В результате число людей с инвалидностью в России выросло с 3,9 млн человек в 1992 г. до 10,8 млн в 2002 г.

С тех пор появились новые реабилитационные центры, особенно в Москве и некоторых других регионах, где могут себе это позволить. Но системная работа в тех масштабах, которые нужны, – дело будущего.

По материалам телеграм-канала «Юра, мы исправляемся!»

#вседляблагачеловека#сделановСССР#поступьпрогресса#научныйкоммунизм