Мама исчезла. Поначалу, я даже не понял, что произошло. Утром она, как всегда, положила вкусняшки в мою миску и налила водички, потом долго тискала меня и целовала. И Лёльку тоже. А после, села в эту странную штуку, которая сама катится (мои люди называют это машиной) и укатилась. Мама часто так делала раньше, но никогда не исчезала надолго. В тот день всё шло по плану: Лёля убежала на охоту, а я отправился здороваться с соседями. Та, миленькая, у которой шерсть на голове такого же цвета, как у меня, угостила сметанкой. У неё нет своих котов, поэтому я разрешаю ей иногда гладить меня, пока мама не видит. У миленькой есть собачка, совсем не похожая на моего друга Остапа, микроорганизм с визгливым голоском. Я её не обижал, просто зевнул однажды в её сторону, а она убежала, поджав хвост. За следующим забором живёт дедок, он совсем белый, как его одноглазый Васька. С Васькой у нас нейтралитет, я уважаю его боевое прошлое, он – моё настоящее. Дедок всегда угощает рыбкой. Рыбку я не ем, я забираю с собой кусочек и ухожу в дырку под забором, к старому дому. Здесь живёт Мурочка со своей хозяйкой. Мура – всё время мать, или ждёт котят, или кормит, рыбку я ношу ей. За большим забором, в большом доме, живёт Лёлькин дружок – Барс, красавчик, конечно, но, по характеру, так себе, Барсик, трус в общем. Его я не трогаю, Лёля просила. Бориса с Маркизом сегодня не видно, зализываются, подранки. А нечего лезть на мою территорию, я предупреждал!
Машина вернулась домой без мамы, только с маминым человеческим сыном. Странно всё это. Мамина человеческая дочь позвала кушать мяско. Мама говорит, что я ем всё, что не прибито, неправда! В моём доме много ненужных несъедобных вещей. Взять, например, игрушки этого ребёнка, которого мама называет внуком. Кстати!!! Где он??? Мама исчезла, ещё и он без надзора! Фух, всё в порядке, бежит. Как-то мелкий наступил мне на хвост, а я, спросонья, тукнул его лапой. Мяукал он громко! Даже я так не умею. Мама ругала меня, стыыыдно было. Послежу-ка за ним, лишним не будет.
Сколько ночей сменилось днями, уж и не знаю. Мамы нет. Несколько раз я слышал её голос из какой-то штуки, которую мои люди всегда носят при себе. Мама звала: - Потапчик, любимый, котик мой! – я побежал на голос, но маму не нашёл. Как так устроены люди, говорят, что любят, а сами исчезают?! Я бы так никогда не поступил! Мяу, даже аппетит пропал. А так было лишь однажды, когда силы покинули меня, я не мог встать и мне снилась радуга. Мама тогда взяла меня на руки и положила мне в рот круглую, белую, ужасно горькую дрянь, и сказала глотать. Кормила и поила она меня с ложки, словно этого мелкого детёныша на двух лапах. Через три дня я научился выплёвывать дряни, но с мамой не поспоришь, она умеет страшно шипеть, и, вскоре, аппетит вернулся.
Детёныш хочет покатать меня на машине…Мамааааа, когда ты вернёшься? Ладно, ладно, сажусь уже.
Я теперь не спускаю с него глаз, даже сплю с ним. А что, мягонький, тёпленький и пахнет молочком. И гуляю с ним тоже. А то надежды на этих, без шерсти, ну никакой, ни мышь поймать, ни муху отогнать. Спокойно, малыш, у меня большой опыт в воспитании котят!
Дождь сегодня. По гостям не пойду, спать хочется. Все куда-то снова укатили. Не сидится им в тепле. Ещё и детёныша потащили по такой погоде.
- Потап! Потапчик, Лёлечка, кисоньки мои любимые! – Что это, сон? Или опять штука говорит маминым голосом? Мааамаааа!!! Она! Точно она! Тискай, тискай, родная, я потерплю, только не исчезай больше! Дай лизну, ещё, ещё, и носиком, носиком!
Спи, мама, я вот тут, сбоку, рядышком, лапкой обниму. А, может, когтем, за ноздрю, как в детстве, чтоб наверняка не исчезла? Нет? Ну, хорошо, я тогда помурчу, на ушко, как ты любишь, спи. Потапка рядом.