Ненцу Тыко Вылке везло на хороших русских людей. Первым был художник Александр Борисов. Борисов, собиравшийся на Новую Землю, взял с собой и молодого Вылку. Русский мастер рисовал карандашами, его новый знакомый – палочкой на песке. И Борисов, случайно заметив ненца за странным занятием, был просто поражен четкости и смелости линий и остроте его взгляда. Так у Тыко (по-ненецки – олененок) появился учитель.
Вторым добрым другом стал известный писатель-сказочник и талантливый художник Степан Писахов, сосланный на Новую Землю за «неуважительное отношение к власти». Он был первым, кто подарил Вылке краски и карандаши. А заодно объяснил одаренному парню, что искусство вполне может кормить. Вскоре Тыко Вылка понял, что тот прав, выменяв у двух англичан на картину компас и термометр. Местные, впрочем, отнеслись скептически – что за занятие для мужчины? Думаю, через несколько лет скепсису поубавилось: в 1910-м сам Николай II, восхищенный оригинальными картинами, прислал Вылке в подарок пять зарядных винчестеров, тысячу патронов и шестьсот рублей.
Может быть, самым дорогим и близким другом этого удивительного человека был полярный исследователь Владимир Русанов, погибший в 1913-м в Карском море. Спустя годы Тыко Вылка скажет о нем: «У нас было две головы, но одно сердце» Вместе они обследовали весь архипелаг и составили его точное картографическое описание (вот и еще одно «настоящее» применение живописного таланта). Позднее, когда Вылка оказался в Москве, где одно время учился живописи, Русанов будет катать его на трамвае и терпеливо объяснять, что он ездит на электричестве, то есть на «огне и свете» (ненцы научным рассказам земляка потом, естественно, не поверили).
Кто знает, как повернулась бы жизнь художника, если бы не семейная трагедия – нелепо погиб брат, оставив после себя жену и шесть детей. По ненецким традициям теперь Тыко предстояло заботиться о них. С учебой в Москве было покончено. Впрочем, может, и прав Писахов, когда-то записавший в дневнике: «Он слишком самобытен, своим природным чутьем Тыко сам найдет свою дорогу».
Предсказание сбылось. Новую Землю Вылка написал так, как никогда не смог бы его первый учитель Борисов со всем своим мастерством и школой (к слову, Борисову многое на Новой Земле казалось мрачным и пугающим, ненец смотрел на все это совершенно иначе). По сути, все его картины – история архипелага в красках. Лишь в 1950-е ему пришлось покинуть малую родину – там началось возведение ядерного полигона. Покинуть уже навсегда. Незадолго до смерти он сказал: «Пойду искать Русанова. И опять мы с ним будем идти в холодных льдах…»
