Европа вступает в эпоху деиндустриализации

После подрыва "Северных потоков" у Европы не осталось пути назад, пишет The Spectator. Без российского газа ее экономическое положение будет ухудшаться. США постигнет та же участь, и лишь страны БРИКС не провалятся в эту черную дыру, считает автор Филип Пилкингтон (Philip Pilkington).

Стремительный развал экономики, который сейчас переживает Великобритания, – это просто ускоренная версия того, через что в ближайшее время придется проходить всей Европе. Речь идет об огромных заимствованиях с целью финансировать разрыв между высокими ценами на энергию и тем, что домохозяйства в действительности могут себе позволить. Учитывая атаки на газопровод "Северный поток", реального пути назад уже не осталось. Европа физически больше не может импортировать российский газ. Цены на континенте будут оставаться высокими до тех пор, пока ЕС не построит больше собственных мощностей. А на это могут уйти годы.

Что из этого может получиться? Высокие цены на энергоносители сделают европейское производство неконкурентоспособным. Европейские производители будут вынуждены перекладывать бремя более высоких расходов на энергоносители дальше по цепочке, поднимая цены на свою продукцию, в результате чего потребителям станет выгоднее покупать товары из стран с нормальными ценами на энергоносители. Единственным логичным ответом на угрозу повсеместной деиндустриализации является повышение тарифов. Это единственный способ более или менее сравнять цены на дорогие европейские товары и дешевые зарубежные, тем самым искусственно поддержав местное производство. Эта стратегия приведет к снижению уровня жизни, лишив европейцев более дешевых товаров, однако она по крайней мере поможет сохранить часть рабочих мест в обрабатывающей промышленности.

Этот процесс очень похож на начало Великой депрессии. В 20-х годах из-за перекоса в финансовых механизмах, возникшего после подписания Версальского договора, западные экономики накопили огромные долги. В 1929 году крах американского фондового рынка уничтожил одну из оставшихся ключевых опор, и западные экономики рухнули. Первой обвалилась Европа, а, когда торговля застопорилась, в пропасть за ней последовала и Америка.

Современные западные экономики накапливали долги десятилетиями. Но с момента первых локдаунов в начале 2020 года этот процесс резко ускорился. В 2019 году в еврозоне отношение государственного долга к ВВП составляло 83,8%. В 2020 году, после того как были предприняты меры по финансовой поддержке в условиях локдаунов, этот показатель подскочил до 97,2%. За тот же период отношение госдолга Великобритании к ВВП выросло с 83,8% до 93,9%. Это примеры самых резких скачков в истории. Накопление долгов в период пандемии, вероятно, было неизбежным. Однако оно, безусловно, послужило толчком к возникновению того инфляционного давления, которое мы сейчас наблюдаем повсюду, особенно с учетом того, что локдауны полностью разрушили цепочки поставок. То есть денег стало больше, а товаров – меньше.