Сегодня уже известно, что почти миллион советских людей в Великую Отечественную войну предали родину и перешли на сторону врага.
Предательство – не такая уж редкая вещь, и случается оно по разным причинам. Но как может перейти на вражескую сторону человек, находящийся на подводной лодке? До этого случая считалось, что это вещь невозможная.
Экипаж Галкина недолюбливал
Борис Галкин в подводном флоте новичком не был. На его счету уже было три похода, где он в составе экипажа участвовал в уничтожении немецких кораблей, за что был даже награжден двумя орденами.
Служил он на лодке Щ-303, которую в войну все именовали не иначе, как «Щукой». К тому же это был не рядовой матрос – он командовал всеми трюмными машинистами. Вот только в коллективе его почему-то недолюбливали.
Новый поход
Это была весна 43-го года, и экипаж получил непростое задание. Из Кронштадта им необходимо было отправиться к Финскому заливу на разведку.
Нужно было выяснить, какую оборону выстроили немцы против советских подводных лодок. Сразу было понятно, что поход будет непростым и длительным.
Неудачи начались почти с самого начала. Лодка чуть было не подорвалась на мине. А когда дошла до Финского залива, оказалось, что действовать тут не представляется возможным.
Тяжелая ситуация
Чтобы подводный корабль нормально функционировал, ему необходимо периодически всплывать на поверхность – аккумуляторы требовали подзарядки.
Но оказалось, что подняться – значит обречь себя на верную гибель – в заливе было столько вражеских кораблей, что они сразу бы расстреляли подлодку. Капитан Щуки Иван Травников принял решение – покинуть залив и выйти в открытое море.
Однако и это сделать было нельзя – экипаж натолкнулся на сеть против лодок, которая полностью перекрывала выход из залива. Немцы уже обнаружили лодку, и следили за ее передвижением круглые сутки – даже под прикрытием темноты для зарядки батарей всплыть было нельзя.
Предательство
Оставалось только лечь на дно, и выжидать, когда враг ослабит бдительность. Самое ужасно было, что экипажу не хватало воздуха. Все находились в ужасном, подавленном состоянии, и уже прощались с жизнью.
Ну, а до этого служба должна была продолжаться по расписанию. И вот настал черед нести вахту Борису Галкину. На центральном посту находились двое – он и офицер.
Когда акустики доложили офицеру, что слышат множество приближающихся кораблей, тот немедленно отправился к Травникову докладывать, что происходит. Галкин остался один, и решил, что свою жизнь он спасет любым способом.
Сначала он запер снаружи рубку, где находились радисты и акустики. Затем забаррикадировал дверь поста, где сам находился, выполнил манипуляции для всплытия лодки на поверхность, и побежал к люку.
Даже командир Щуки не сразу понял, что лодка поднимается. Когда удалось попасть на пост, Травников сразу оценил обстановку. Приказал готовиться к срочному погружению, а сам рванул к Галкину.
Вышел на поверхность, и увидел картину: старшина машет белой наволочкой, а вокруг корабля множество врагов наблюдают за происходящим. Погружение нужно задержать, иначе экипаж расстреляют вместе с лодкой.
Травников встал рядом с Галкиным, и принялся тоже махать руками, якобы согласен сдаться. Немцы замешкались, командир метнулся в люк, и задраил его. Лодка ушла на дно, а Галкина из воды подобрали немцы. Экипаж Щуки, не выполнив задания, вернулся на базу.