Человек склонен соринки в глазах других превращать в брёвна, а собственный лес не замечать, объявлять других плохими, а себя – хорошим.
В этом занятии он сталкивается с серьёзным препятствием. Люди уже давно поняли, что грехи по массам народа распространяются более или менее равномерно. В 8-ой главе Евангелия от Иоанна (ст. 7) Иисус говорит книжникам и фарисеям, которые привели к нему блудницу: «Кто из вас без греха, первый брось в неё камень». Эта и подобные ей универсальные формулы очень усложняют жизнь диванным судьям, безграмотным экспертам и прокурорам из подворотни.
Но гибкий язык позволяет обходить эти трудности.
Для того, чтобы можно было обвинить остальных в чём угодно, нужно заранее или сей момент отделить себя от них, исключить себя из их числа – дистанцироваться. Сделать это и просто, и сложно. Такое утверждение, как: «Я работаю в офисе, я не такой как все», – не сработает. Надо вычленить себя из массы тоньше, изощреннее.
Именно в этот момент козе необходим баян. Она трясущимися копытами хватает его и гнусаво заунывно блеет: «Не одна я во поле». Мимо проходят люди, сначала впадают в шок, потом размышляют: «О, коза с баяном. Но коз с баяном не бывает. Значит, это не коза, а что-то совсем другое». Многие на таком выводе останавливаются и дальше не думают. А подумать стоит.
Потому что коза остаётся козой, хоть позолоти ей рога. В качестве баяна она редко использует внешние легко проверяемые характеристики, типа: у вас всех всего два глаза, а у меня целых три. В ход, как правило, идут внутренние размытые трудно проверяемые качества: духовность, креативная мощь, созидательные потенции, сила веры, соборность и подобное в разных вариациях.
Можно сказать: «Нет у нынешних людей стремления к книге, а вот я, бывало, ни дня без страницы провести не мог, обогащался, без книги в руках не засыпал». И поди проверь, читал ли ты вообще, что тебя ко сну склоняло, больше сейчас читают или нет.
Удобнее всего дистанцироваться, спрятавшись за забор или уехав подальше. Потому что так безопаснее и проверка вообще исключается. Спрятался в бронированный бункер – и уверяй всех, что всех пули убивают, а ты от них заговорён, они, что они тебя облетают. Уехал в другую страну – и доказывай, что ты властей этой страны не боишься.
Именно так поступает немой суфлёр: «Мы не хотели оставаться в стране, где ты можешь продолжать жить только как тело: есть пить, спать. <…> Я стала живым примером того, что человек, который любит свою страну, – лишь пыль для государства».
Очень интересную картину рисуют эти слова. По ним получается, что сейчас в России больше сотни миллионов человек живут только как тела (овощи?). И лишь лихо наяривающая на баяне коза вместе со своими козлятами живёт глубокой насыщенной продуктивной творческой жизнью. Все, кто любит страну, – пыль. А кто не любит? Что? Мрамор?
Забавно, что по-настоящему большие мастера никогда не дистанцировались, наоброт, подчёркивали сопричастность. Александр Галич пел: «До чего МЫ гордимся, сволочи»; Валентин Плучек любил повторять: «Общение с великими приучило меня к скромности»; Исаак Ньютон писал: «Я видел дальше других лишь потому, что стоял на плечах гигантов».
Вероятно, приятно чувствовать себя хоть в чем-то исключительным. Дистанцирование даёт такую возможность. Но оно же очень близко подводит к черте, за которой работает другое правило: «Дуракам закон не писан». Так, бургомистр в фильме «Убить дракона» дистанцируется с большим мастерством, приписывая себе мыслимые и немыслимые пороки и болезни…
Сталкивались ли вы с такими случаями? Как их оцениваете? Поделитесь примерами? О чём ещё хотите узнать?