Предисловие: Этот рассказ написала не я, а старший из моих трех братьев – Сергей. Когда родители умерли, я предложила братьям написать всякие интересные истории, которые они помнят о родителях. И вот сегодня, в День Отца я решила один из таких рассказов опубликовать. Почему именно его? Просто это та история, которую можно воспринять только будучи уже самому взрослым. Воспринять с улыбкой и даже нежностью к проделкам отца)))))
Стиль и орфографию автора я, конечно, соблюдаю.
Маленькие пояснения:
- Сладково – районный центр в Тюменской области, где родились мы с братьями и где до сих пор живет Сергей.
- Ишим – город в Тюменской области, в 100 км от нашего Сладково и в 300 км от Тюмени
- Новониколаевка – село в нашем Сладковском районе
- Усово – село в нашем Сладковском районе
- «Белковский» – родная деревня нашего отца Новоказанка (в 30км от Сладково) до революции, до постройки в ней церкви, называлась Белкино. Сколько себя помню, никогда жителей деревни не называли Новоказанцами, только Белкинцами или Белковскими
- Образец – деревня рядом с Новоказанкой. «Новоказанка», «Образец», «Гуляй Поле» и «Лопазное» – четыре украинских деревни в нашем районе, который заселялся переселенцами-самоходами в результате Столыпинской аграрной реформы. Сколько себя помню, жители всего района называли жителей этих деревень «махновцами»))))
- Да ладно ,Петрович, не заморачивайся. Не тяни ты этот ремень, никто тебя не накажет. Да брось, тебе говорю. Лучше расскажи ещё чего-нибудь…
- Тёзка, я пристёгиваюсь не для ментов, а для себя. Ты молодой, всё торопишься, штрафов вон не боишься.
Сергей Петрович начал смешно хрюкать. Как я уже понял, - эти звуки заменяли смех. В дороге мы были уже вместе второй час и я достаточно много о нём узнал. Точнее сказать «старый» добрался до свободных ушей и всю дорогу рассказывал про молодость, своих женщин и конечно про то как служил в армии (ну это святое).
С Петровичем мы познакомились за день до поездки. Мы с другом нанялись провести ему отопление и установить газовый котёл. Домик старенький, небольшой, но на высоком месте в самом центре села. Денег на ремонт ему в администрации отказались выделить, как обычно найдя железобетонные доводы в отсутствии денег в бюджете, и вежливо предложили отремонтировать жильё за свой счёт. «Старый» взял ссуду (какую уж дали на его пенсию), перехватил в долг у знакомых и обратился к нам. Узнав о его «богатстве», я предложил съездить в город на моей «Тойоте», что вышло бы ему дешевле чем на такси. Да и мои скидки в специализированных магазинах сэкономили ему пару рублей. Но, уже подъезжая к Ишиму, я понял что у меня сейчас лопнет голова от всей той информации ,которую этот с виду тихий старик вывалил мне. С темы на тему он перескакивал мастерски, вставить что-нибудь в его монолог было просто невозможно. И этот его смех… Единственное место где он молчал - это магазины. Даже если он начинал говорить, - я ему сразу подсовывал коробку с какими-нибудь отводами и просил пересчитать. Петрович зависал надолго и я мог спокойно купить всё необходимое. Но всё хорошее быстро кончается, и вот мы уже проехали полпути домой.
- А я думал, что надоел уже тебе своими рассказами (хрю, хрю). Ну тада слухай. История в тему тебе. В 74 или 75 году был я на уборочной в Новониколаевке, силос мы там возили. Много было народу всякого. Ваши, Сладковские тож были. Я тогда с первой своей бабой ещё жил в Ишиме, но на родину на уборочные да на посевные всегда ездил. В тот год пригнали на уборочную студенток из Тюмени, молоденькие, красивые, стюардессы. (хрю,хрю) .Ну и вечером, естественно, все на танцы в клуб. А у нас был парень один, Мишка Баранов, он единственный умел шейк танцевать.
- ??? Чего???, - с опозданием срабатывает мой мозг. - Как его звали?
- Мишка Баранов, а что?
- Так моя фамилия Баранов
- А ты Сладковский же, а тот нет, я точно знаю. Ну всё одно, может и родня (хрю,хрю)
- Ну тогда рассказывай дальше, - уже с интересом я стал слушать его байку.
- Ну так он танцевал с самой симпатичной стюардесочкой, прям прилип к ней. Вытанцовывал весь вечер, да видать, не глянулся ей и решила она сбежать. Я к тому времени домой пошёл, ночевали мы в здании конторы, там комнаты пустые были. А студентки эти по домам у местных жили. Слышу - у клуба ЗИЛ взревел и по деревне давай носиться. А меня парочка девчонок обогнали и бегом по улице. ЗИЛ тем временем сворачивает на нашу улицу и фарами тех девчонок осветил. Они в ограду ближайшую хотели заскочить, а Мишка (это он был) по кювету и на мосток заехал, ну чтоб дорогу им перекрыть(опять это хрю). Мосток под ЗИЛом и рухнул. Мишка-то из кабины выпрыгнул, зазнобу-то свою ухватил и в сторону оттаскивает, сам ей на ухо что-то нашёптывает. Никак успокоиться не может(хрю). А я смотрю из дома, как два привидения - дед с бабкой в ночных рубашках. У деда в руках карандаш и бумажка, номер, значит, записывать. Учёные уже. Уборошники тада много чего потворили. Так дед к машине, а я стою, спиной номер закрываю. Дед цифры записал и мне говорит: «Отойди, сынок, я буквы не вижу». А я, мол, чего их видеть - ОМЖ, хотя там ТЮО (Хрю, хрю). Пусть думает что омские, там у нас и с Омской области машины были. Старик поругался, номера записал, крикнул, чтоб завтра же мосток отремонтировали и в дом с бабкой ушёл. Я тоже ушёл в контору и как там у Мишки сладилось, не знаю. Но через пару дней, прямо во время обеденного перерыва подъехал Усовский участковый на своём мотоцикле. Как сейчас помню - Владимир Скиба его звали. Походил около машин с бумажкой, остановился возле Мишкиного ЗИЛа и кричит: «Чья машина?». Мишка, естественно - Моя . Тот стал, надулся и давай орать: «Земляк ,ты совсем охерел? Ты что вытворяешь? Дети дома, а ты тут что попало творишь? У меня вот заявление на тебя. Что бы сегодня же поехал и отремонтировал мостик у стариков. Да чтоб извинился. И смотри у меня, ещё раз услышу про тебя плохое - накажу , не посмотрю что земляк». Мы потом спрашивали, каким боком Усовский участковый Мишке земляком оказался. Это когда всей толпой брёвна на мосток таскали(хрю). Мишка и объяснил, что он Белковский, а этот Скиба с Образца. С соседней деревни, значит. Вот потому я знаю, что он не ваш, не Сладковский. А где эти деревни находятся, - я и не спросил, не скажу.
Степаныч продолжал и дальше использовать свободные уши по их прямому назначению, а я ехал и думал, что папка и после смерти мне приветы из 75 года посылает. Мне тогда было не полных 6 лет. А шейк нужно научиться танцевать… вдруг стюардессы встретятся…
