Тягучий плач потоков дождевых меня сопровождает словно признак. Иду, томимый горькой укоризной дождю — солдату Божьих душевых. Какой безжалостной дороговизной мне объяснить отсутствие тепла в стране, что без оглядки подошла к заплёванной черте убогой жизни? Была когда-то даль светлым-светла, кипели в нас наивные надежды… А нынче — лишь дырявые одежды и угольки сгоревшего дотла обещанного неземного рая. Здесь правят бал духовные невежды, а мудрость и любовь сомкнули вежды. Им тяжело, они уж не играют свой лёгкий вальс на струнах доброты. Иду… И жду начала у черты… 29.09.1998
Тягучий плач потоков дождевых
меня сопровождает словно признак.
Иду, томимый горькой укоризной
дождю — солдату Божьих душевых.
Какой безжалостной дороговизной
мне объяснить отсутствие тепла
в стране, что без оглядки подошла
к заплёванной черте убогой жизни?
Была когда-то даль светлым-светла,
кипели в нас наивные надежды…
А нынче — лишь дырявые одежды
и угольки сгоревшего дотла
обещанного неземного рая.
Здесь правят бал духовные невежды,
а мудрость и любовь сомкнули вежды.
Им тяжело, они уж не играют
свой лёгкий вальс на струнах доброты.
Иду… И жду начала у черты…
29.09.1998