Очень многие люди вокруг запрещают себе злиться. Либо вообще, либо на каких-то конкретных людей, либо в каких-то определённых ситуациях, либо тогда, когда объект злости, вроде как не имел злого умысла.
При этом некоторые даже понимают, что мы не отвечаем за возникновение эмоций, что все чувства имеют право на существование. Понимают, но не могут разрешить себе злиться.
Хочу сегодня рассказать об одной из причин возникновения внутреннего запрета на злость.
Маленький ребёнок долгое время видит в маме (чаще именно в маме, поэтому говорим о маме) практически божество. Он её любит, она для него самая прекрасная, хорошая, чудесная, добрая... И вот в какой-то непрекрасный момент эта прекрасная и любимая мама внезапно превращается в злую стерву, которая, например, уходит на работу, оставляя ребёнка с няней, не желает чинить поломанный банан, не даёт вон ту крутую штуку... Ребёнок злится. Он ещё не в состоянии выдерживать амбивалентные чувства, поэтому в тот момент, когда он злится, он перестаёт любить, перестаёт видеть любимую, хорошую мамочку, а видит только злую стерву (можете подобрать свои эпитеты).
По мере взросления при благоприятных условиях отрастает тот самый контейнер, где могут умещаться разные, иногда амбивалентные переживания. Не последнюю роль в формировании этого контейнера играет и мама, которая по-началу берёт функции такого контейнера на себя,в том числе проговаривая словами переживания ребёнка, обучая различным способам обращения с эмоциями.
Но что, если мама не выдерживает злости в свой адрес? Не выдерживает, например, потому, что ей самой нельзя злиться. Что, если мама вместо того, чтобы принимать злость, контейнировать её, учить бить не себя, а подушку, заявляет ребёнку о том, что злого она его не любит или не хочет видеть? Что, если мама настолько не готова встречаться со злостью в свой адрес, что в ответ на злость ребёнка применяет насилие? Что, если мама избила за злость? Что тогда? Тогда у ребёнка по сути нет выбора. На одной чаше весов мамино принятие, мамино хорошее и доброе отношение, которое на биологическом уровне про выживание, а на другой — желание предъявить маме свою злость. Приходится выбирать принятие мамой, приходится запрещать себе свою злость. Приходится либо разворачивать злость на себя через селфхарм или психосоматику, либо перенаправлять эту злость на других, не всегда замечая, что разозлил-то не тот, на кого ты это вылил в итоге, либо терпеть, сдерживая себя, пока злость не прорвётся в аффективной вспышке, либо искать другие пути, но только не злиться. Злиться — плохо. Злого тебя не будут любить. Если будешь злиться — не выживешь.
Это ключик к пониманию одной из возможных причин, почему никак не получается разрешить себе злиться. Иногда это «нельзя» завязано только на конкретных людей или конкретного рода обстоятельства (если изначально запрет был не в любых ситуациях).
Это ключик и к тому, как вести себя с ребёнком, когда он злится. Но чтобы воспользоваться ключиком в отношениях с ребёнком, нужно сначала себе разрешить злиться. Иначе просто невозможно будет по-настоящему разрешить это другому. Вдобавок к этому, если не разрешить себе, будет срабатывать правило: «Если я не могу иметь дело со злостью в себе, мне придётся находить её в других и иметь с ней дело в других». То есть другие (в том числе собственные дети) будут видеться, прежде всего, злыми, и проявляться будут в контакте с тобой, прежде всего, злой своей частью.
Такие дела.
