В отличие от того батальона, в котором прошло основное время моей службы, в Ангарском полку, где отслужил первые полгода, караул был гораздо большим по численности.
Там и зона, которую наша рота охраняла, была больше. И по территории, и по количеству списочного состава спецконтингента.
Там и промка и жилая находились на одной территории. Потому, и транспорта входило /выходило намного больше, чем в Окунайке, где пять машин в день считались выходящим из ряда вон числом, и обалдеть каким серьёзным трафиком.
Соответственно, имелась и отдельная досмотровая группа.
Первый пост, второй, и шесть караульных вышек.
/ И перебросы случались практически ежедневно. /
Поэтому, начкаром заступал офицер или прапорщик.
В роте числились два штатных прапорщика - начкара, и периодически все офицеры роты также заступали в караул начальниками.
Исключение составлял только командир третьего взвода лейтенант Лапушкин. Его взвод охранял Боевое Знамя части, заступал во внутренний караул, и стерёг гарнизонную губу. А к конвойной службе отношение имел косвенное.
В случае побегов, массовых беспорядков, других каких чрезвычайных моментов, этот взвод и поднимали в помощь основному подразделению.
Таким образом, они были нечто вроде местного, полкового спецназа.
*
Писал уже об этом, но хочу повториться.
Однажды в полк приехала какая-то проверка. И одновременно это было время, когда нас, молодых, вывели на боевую службу.
/Уже не стажировочные караулы, а первые самостоятельные для нас. /
И, я не знаю, с каким из этих обстоятельств это было связано, / возможно, что и не с каким из них /, но на службу вышел караул в совершенно сумасшедшим составе.
Начальником караула заступил сам командир роты. Первым помощником - комвзвода 1, второй ПНК - взводный 2. В карауле был предусмотрен разводящий, им вышел старшина роты.
А ответственным офицером в роте оставался замполит. Он же, понятно, и отдавал приказ на б / с.
И когда он произнёс :
- Начальник караула капитан Е.
а ротный гаркнул :
- Я,
для нас, молодых, это было интересно и забавно!
Мы не отслужили ещё и двух месяцев, и пока многого из того, что и как может происходить в армии, не понимали.)
Вот такой был караул. И только ПНК по СРС был обычный младший сержант.
Ни до, ни после я не видел, что бы всё в карауле делалось в строжайщем соответствии с Уставом Боевой Службы.
*
А так, вообще, командир роты заступал начкаром два раза в месяц. Один раз с первым взводом, другой со вторым.
Таким образом, я заступал под его началом в караул четыре раза, / если ничего не путаю /с февраля по май, включительно.
/ В начале июня в роте уже начались необратимые изменения, и ротного отстранили. А в июле и меня перевели. /
И все четыре раза я совершал одну и ту же ошибку. Которую я не знаю, как объяснить.
Ротный, как начкар, ложился отдыхать в 9 утра. Спал всего два часа, а потом, выходил на периметр. Он просто проходил мимо постов, на вышки не поднимался.
И, если мне не изменяет память, во время этих его обходов, я всегда находился на посту. / По крайней мере, про два раза я помню чётко. /
Я вполне неплохо знал Устав, а уж обязанности часового у нас всех просто отскаекивали от зубов. И я знал, что доклад НК часовой должен произвести при подъёме того на вышку. Никак не раньше!
Я же произносил все положенные слова в тот момент, когда ротный - начкар оказывался под моей вышкой.
Вот, вижу, он идёт, до вышки метр - два, и я начинаю тарабанить :
- Товарищ капитан, за время несения службы происшествий не произошло.
И он мне, устало так :
- Сколько раз тебе повторять, доклад только тогда, когда я уже на вышке. А я к тебе лезть не собираюсь.
*
Вот хрен его знает!
Когда другой кто начальником, всё нормально у меня, всё вовремя, не подкопаешься.
Как ротный, так шарики за ролики.
И нельзя сказать, что я его как-то особенно боялся. Нет.
Но какое - то напряжение появлялось, как только он на тропе показывался.
В ступор в какой-то я впадал. Повторюсь : хрен знает, почему!
*****
БЛАГОДАРЮ за ВНИМАНИЕ!
ВСЕМ ДОБРА и УДАЧИ!!