Есть вещи, которые можно наблюдать бесконечно. Это пляшущие в камине языки пламени, текущая вода и то, как «советчики» воюют с «антисоветчиками» в комментариях. Как кажется, причина конфликта не существует уже более тридцати лет, — а он, между тем, не угасает. Стоит только подбросить дров, и — ух! Из искры сразу же возгорается.
...В прошлом в таких баталиях я всегда выступал за «красных». Но не из сочувствия к коммунистической идеологии, которую категорически не разделяю. Просто «советчики» тогда неизменно оказывались обороняющейся, а тем самым и морально правой стороной. И даже иногда пытались поддерживать цивилизованную дискуссию по существу вопроса.
Всякое же «анти» вторично и деструктивно по природе своей. Особенно, если предмет нападок более не существует. В таком случае ненависть борцов «против» становится рафинированной и не замутнённой рефлексией, как в случае Новодворской. Ну, просто потому, что победить-то они уже не могут заведомо, — What Is Dead May Never Die, — а жажда крови ещё обуревает.
Плюс, «красные» тогда были настолько терпимы, что легко принимали союз даже явных сторонников капитализма. Почему нет-то? Сталин объединялся в Черчиллем против общего врага. «Антисоветчики» же, напротив, нетерпимость демонстрировали абсолютную, — разделение их позиции лишь на 95, а не на 100%, малейшее сомнение в безукоризненном совершенства Заокраинного Запада, сомнение в том что не совсем уже всёв СССР было окончательно плохо, означали смертельную ненависть, объявление «совком» и немедленный бан с удалением постов и комментариев.
...Хорошее было время. Но сейчас-тоуже другое. Во-первых, «правое» крыло, следуя за левыми социалистическими трендами западного общества, потеряло всякую ориентацию. Да и вообще деморализовано творящимся за ленточкой трешем и пребывает в растерянности. Бывшее же «левое» утратило ту самую терпимость. Ибо пока воспоминания о советской реальности были свежи, вопрос о том, что в СССР далеко не всё было хорошо, а очень многое даже критически плохо, заведомо не стоял, и упоминания о недостатках социалистического строя не воспринималось как вызов.