Всю дорогу до дома Носкова Анечка щебетала, как птичка: про диплом, про свой первый "б". Эммануэлю это было неинтересно. Он делал вид, что слушает её, но на самом деле сосредоточенно думал о своих поисках на СЗ. Женщинам проще - сиди и жди, когда кто-то тебя оценит. А тут - сначала найди ту, которая понравится, а потом старайся, добивайся, завлекай, развлекай, трать на неё свои финансы.
Вдруг он вспомнил, что дома нет хлеба и денег тоже нет. И что делать? Можно, конечно, взять в долг в соседнем магазине. Он видел, как продавцы записывали долги в тетрадку. Не всем давали, а только тем, кто расплачивался с зарплаты. Носковы такой услугой никогда не пользовались. Зоя Васильевна умела распределять их бюджет. А он уже за пиво должен. Теперь вот хлеб. Стыдно, но деваться некуда. Кушать-то хочется. Только в присутствии Анечки этого делать не хотелось.
- Ань, ты постой здесь. Я быстро заскочу за хлебом, - сказал он ей, когда они подошли к магазину.
Она молча кивнула. Он зашёл - продавщица была знакомая.
- Люсь, хлеб в долг дашь до аванса? Не подрассчитал финансовые возможности, - сказал он, широко улыбнувшись.
Продавщица, если и удивилась, то вида не подала.
- Отчего ж не помочь хорошему человеку? - улыбнулась она в ответ. - Я так благодарна Зое Васильевне. Она с моим оболтусом столько возилась. Ведь не хотел учиться, бездельник, а теперь вот институт заканчивает. Инженером будет. Кстати, что-то я давно её не видела. Она не заболела?
- Нет, к сестре в гости уехала. Она же на пенсию вышла.
- Ну, и хорошо. Отдыхать тоже нужно. Вам какой хлеб? - она стрельнула в него глазами.
Носков показал. И тут ему на глаза попался поднос с пирожными. "Взять Анечке?" - подумал он.
- Люсь, а вот это пирожное можно? И запиши на мой счёт. Через неделю отдам.
Продавщица подала ему хлеб и пирожное.
- Вы, Эммануэль Васильевич, заходите, не стесняйтесь. Чем можем, тем поможем, - она поправила фартук на объемной г руди.
Носков вышел из магазина и протянул Ане пакет с пирожным: - Это тебе.
- Мне? Спасибо! - она покраснела.
Носков оглянулся и увидел, что Люся наблюдает за ними через окно. "Ох, уж эти женщины!" - подумал Носков.
Они зашли в квартиру. Носков подал Анечке матушкины тапочки и проводил на кухню.
- Хозяйничай, - широким жестом позволил Носков. - Посмотри, что там в морозилке и сама реши, что приготовить.
Анечка надела фартук Зои Васильевны - он был ей велик. Впрочем, как и тапочки. Матушка Носкова была женщиной дородной.
Анечка перебрала запасы, хранящиеся в морозильной камере, и найдя пакеты с надписью "Курица на бульон" и "Мякоть свинины", предложила сварить борщ и плов. Но на борщ не хватало капусты и свеклы, и пришлось заменить борщ на суп. Эммануэль одобрил такое меню. Чтобы зря не тратить время Анна поставила на плиту кастрюлю с замороженными кусочками курятины, а свинину опустила в чашку с тёплой водой.
Носков предложил пока сварить пельмени, чтобы пообедать. После обеда Анечка взялась за готовку, а Носков пошёл читать её диплом. Но сначала он зашёл на СЗ. Две женщины ответили на его сообщения. Одна написала в ответ на его дежурный комплимент: "Как мило с Вашей стороны", а другая: "А Вы симпатичный".
"Лёд тронулся, господа присяжные заседатели! Лёд тронулся", - подумал Носков. Он написал обеим: "Вы не против познакомиться?" и занялся дипломом. Он внимательно прочитал Анечкину работу и пошёл на кухню. Пока девушка готовила, он задал ей несколько вопросов и дал кое-какие рекомендации. А затем он спросил её: - Анечка, а почему ты выбрала именно эту профессию? У тебя в семье есть учителя?
- Нет, я первая. Мама бухгалтер, а папа мастер по ремонту холодильников, но они в разводе.
- Ты, наверное, так полюбила свою первую учительницу, что решила пойти по её стопам?
- Не её, а Вас, - вырвалось у Анечки. Она тут же смутилась, но сказанное не воротишь. До Носкова не сразу дошёл смысл сказанного ею.
Продолжение следует...
