20 октября 1714 года Петр I издал Указ о запрещении каменного строительства по всей России и о возведении в новой столице исключительно каменных «образцовых домов».
Отныне строительство каменных домов где-либо, кроме Санкт-Петербурга, очень строго каралось. Тысячи специалистов-каменщиков в стране остались без работы.
Роль такого указа была такова: лишившись работы, каменщики по всей стране будут вынуждены отправиться на поиски в новую столицу, где и продолжат заниматься любимым делом. Это должно было позволить Санкт-Петербургу быстро отстроиться до уровня ведущих европейских городов.
11 лет строительства
Новую столицу стали возводить в 1703 году, и 11 лет спустя он выглядел как огромная строительная площадка, на которой найти опытного каменщика было не просто. Царь жаждал увидеть столицу во всей красе, поэтому вскоре после указа каменщиков стали свозить в город насильно.
Санкт-Петербург строился в строгом соответствии с правилами противопожарной безопасности XVIII века. В городской черте разрешалось строить в одну линию, противопожарные разрывы между ними, по новому указу, составляли не менее 13 метров.
Такой ажиотаж привел к дефициту кирпича в стране, кирпичных заводов во всей России было немного.
Самые ушлые люди быстро нашли способ, как решить эту проблему - строился обычный деревянный дом, на стены которого наносился тонкий слой глины, который раскрашивали «под кирпич». При быстрой езде невозможно было отличить раскрашенный дом от капитального. Но если нарисованный «кирпич» выходил очень красиво и неестественно, то царь мог остановиться и заинтересоваться, откуда появился такой неправдоподобный «кирпич». Обманщики могли понести суровое наказание.
Пожары в то время были почти необузданной природной стихией. Выгорали целые города. Поэтому царь отдал распоряжение о том, что домовладельцы должны использовать в качестве материала для крыш только черепицу, как в Европе. С одной стороны это было замечательно — черепичные крыши не способствовали распространению огня. Но с другой — черепица в те времена была очень некачественная: во-первых, крыша проседала под тяжестью снега, во-вторых, черепица набирала много влаги и стропила под нею начинали гнить. Да и стоила очень больших денег.
Приближенные Петра, кстати, тоже были вынуждены строить свои особняки в Северной столице. Граф Борис Петрович Шереметев получил «данную» на освоение участка земли, но по занятости на театре военных действий не мог лично заниматься обустройством усадьбы. Он пробыл в Петербурге весной 1712 года сравнительно недолго. После кончины фельдмаршала в 1719 году, графиня Анна Петровна в 1720-х гг. прилагала некоторые усилия по застройке участка на Фонтанке, на Московской стороне, как именовалась эта часть Петербурга в то время. Здесь находился некий дом, при котором жили крепостные служители. Из сохранившихся документов о застройке участка явствует, что их строили «по чертежу каменное и деревянное строение и для выезду к церкви Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы на Моховую улицу… сделаны были ворота…». Есть упоминание о неких постройках в документе 1727 года. При археологических исследованиях, проводившихся уже в наше время в процессе реставрационных работ, обнаружили фрагменты старых построек. Но никаких капитальных строений, скорее всего, не было. Отчасти это объясняется тем, что после смерти Петра I и Екатерины I столица вновь переместилась в Москву и возвращена в Петербург лишь в 1732 году, при императрице Анне Иоанновне.
Государь скончался рано, успев увидеть только «главные контуры» своего детища. Его указ отменили в 1741 году, отчасти из-за того, что к тому времени возникло немало новых кирпичных заводов, а также появилось много каменщиков.