Найти в Дзене
Счастливые родители: Parents.ru

Почему судьба Ники Турбиной сложилась столь трагически: виноваты мама и бабушка

Трагическая судьба девочки-поэтессы показывает, как опасно использовать ребенка для реализации собственных амбиций. Даже после ее смерти семья продолжала творить миф, общаясь с журналистами и биографами. Всплывали новые подробности, родственники путались в фактах, зато знакомые семьи опровергали утверждения матери и бабушки. Красавица-мать врала напропалую У известного в Крыму поэта, писателя и журналиста Анатолия Никаноркина и Людмилы Карповой, которая работала бюро обслуживания интуристов в гостинице «Ялта», 8 мая 1951 года родилась дочь Майя. «Училась она посредственно, была ленивая, у нее было много проблем, часто болела. Из класса в класс ее переводили благодаря Никаноркину. Майя умела шить, готовить, печь пироги, рисовать, причем рисовала как-то необычно. Закончила ялтинскую художественную школу. В художественное училище, чтобы дальше учиться, я бы ее не отпустила. Она юная, привлекательная. А еще Майка — хвастунишка и врунишка», — рассказывала о дочери Людмила Карпова. Знакомые
Оглавление

Ника Турбина с матерью: соцсети
Ника Турбина с матерью: соцсети

Трагическая судьба девочки-поэтессы показывает, как опасно использовать ребенка для реализации собственных амбиций. Даже после ее смерти семья продолжала творить миф, общаясь с журналистами и биографами. Всплывали новые подробности, родственники путались в фактах, зато знакомые семьи опровергали утверждения матери и бабушки.

Красавица-мать врала напропалую

У известного в Крыму поэта, писателя и журналиста Анатолия Никаноркина и Людмилы Карповой, которая работала бюро обслуживания интуристов в гостинице «Ялта», 8 мая 1951 года родилась дочь Майя. «Училась она посредственно, была ленивая, у нее было много проблем, часто болела. Из класса в класс ее переводили благодаря Никаноркину. Майя умела шить, готовить, печь пироги, рисовать, причем рисовала как-то необычно. Закончила ялтинскую художественную школу. В художественное училище, чтобы дальше учиться, я бы ее не отпустила. Она юная, привлекательная. А еще Майка — хвастунишка и врунишка», — рассказывала о дочери Людмила Карпова.

Знакомые семьи утверждают, что Майя даже не сдавала школьных экзаменов — ушла в девятом классе, мечтала покорить Москву. Родители отправили к давней знакомой — поэтессе и писательнице Майе Луговской, в честь которой и назвали дочь. В Москве Никаноркина утверждала, что занималась в мастерской Эрнста Неизвестного, но скульптор этот факт не подтвердил.

Луговская устроили Майю на курсы в архитектурный институт, но девушка врала, что ходит на занятия, а сама окунулась в омут богемной жизни. Она познакомилась со многими художниками и поэтами. Утверждают, что с Андреем Вознесенским у нее был роман. Вскоре о веселом времяпрепровождении узнала Луговская, которой консьержка сообщила, что Майя водит в дом мужчин. Девушка вынуждена была вернуться в Ялту. Но мечты о Москве не оставила. Она вновь будет пытаться покорить столицу, но уже с дочерью.

Младенца обрекли на гениальность

Майя будучи беременной была уверена — в ее утробе гений. И вот 17 декабря 1974 года на свет появилась Ника. Имя выбрали в честь фамилии дедушки новорожденной. А неблагозвучную на слух Майи фамилию Торбина, мать поправила, решив — это будет творческим псевдонимом.

Девочка росла болезненной, уверяли родственники. Совершенно перестала спать. Бабушка рассказывала, как водила ее к экстрасенсам, платила бешеные деньги за сеансы. А знакомые с семьей врачи недоумевали, почему не отправилась с девочкой в больницу? В действительности уснуть ребенку не давали пьяные крики гостей.

«Из-за ночных кутежей в доме девочка плохо спала и по ночам кричала. Предприимчивые мама и бабушка записывали ее крики. Иногда в них были интересные начала стихов, что, в общем, неудивительно, учитывая, что стихи в доме читались с утра до ночи, и Ника с малых лет слышала маминого любовника Андрея Вознесенского. Выкрикнутые строчки мама переписывала, а утром говорила: „Вот ночью ты кричала такое стихотворение. Выучи“. Ребенок заучивал, ребенку нравилось. Мама сделала ей прическу а-ля Цветаева. Это были такие поэтические игры», — рассказал «Экспресс газете» биограф Ники Александр Ратнер.

Семья клялась, что девочка страдает от приступов астмы и ей, измученной, приходит голос, а они лишь записывают откровения. Но, несмотря на тяжелые диагнозы, в доме было несколько кошек, на шерсть которых у Ники была аллергия, а обе женщины курили одну сигарету за другой.

Дудченко Константин/Фотохроника ТАСС
Дудченко Константин/Фотохроника ТАСС

Дорога к славе

Стихи Ники стали появляться в местных газетах с легкой руки дедушки. За публикациями последовали гонорары. В Ялте уже знали о юной поэтессе, но семья жаждала всесоюзной славы.

Счастливый случай представился, когда в Ялту на отдых приехал писатель Юлиан Семенов. Людмила Карпова передала ему папку стихотворений, уверяя — это пишет ее внучка. Сомнения закрались сразу, поэтому писатель предложил журналистам «Комсомольской правды» посетить семью девочки.

Журналист «Комсомолки» Валентина Николаева провела в Ялте четыре дня, а не месяц, как говорила бабушка, жила в гостинице, а не в семье. Она поверила Нике, ведь та была прирожденной актрисой. Малейшие сомнения были уничтожены заверениями родственников, и 6 марта 1983 года в «КП» вышла большая статья о Нике и 10 стихотворений с предисловием Юлиана Семенова...

Продолжение материала читайте по ссылке.