Обелить чтобы душу мою, дайте спирта, не надо мне хлорки, на челе моём яркой звездой, выделяется знак три семёрки. Страсть азарта пророчишь ты мне, увлечение дорог тёмный полон, я играю свой блюз на трубе, убегая от тех кто мне дорог. Поедая на завтрак омлет, чтобы жить умираю я в полдень, к даме белой привязан валет, вечно пьяный, но мыслями бодрый. Посидим на дорожку скрипя, половицами старенькой кухни, камни бросим с руки уходя, наша жизнь ядовитее ртути. Я любил, предавал, восхвалял, откровение непонимания, шёл в тумане и вдруг повстречал три семёрки в своём же кармане.
Обелить чтобы душу мою,
дайте спирта, не надо мне хлорки,
на челе моём яркой звездой,
выделяется знак три семёрки.
Страсть азарта пророчишь ты мне,
увлечение дорог тёмный полон,
я играю свой блюз на трубе,
убегая от тех кто мне дорог.
Поедая на завтрак омлет,
чтобы жить умираю я в полдень,
к даме белой привязан валет,
вечно пьяный, но мыслями бодрый.
Посидим на дорожку скрипя,
половицами старенькой кухни,
камни бросим с руки уходя,
наша жизнь ядовитее ртути.
Я любил, предавал, восхвалял,
откровение непонимания,
шёл в тумане и вдруг повстречал
три семёрки в своём же кармане.
