Вчера ходила на родительское собрание. Надышалась школой.
– Что говорили? – спрашивают меня дома.
Я начинаю рассказывать.
– А ещё что говорили?
– Вроде всё.
– Тебя два часа не было. Что ещё сказали?
Я знаю. Но как-то время пролетело. Пока обсуждали всё, знакомились с психологом и учителями, решали, куда пойдём…
– Опять с детьми? А без детей мы куда-нибудь пойдём?
Второй месяц учёбы. Ещё никто ни с кем не поцапался. Или это тихо происходит, что я не замечаю.
– Скоро мы начнём проходить звуки и буквы, – говорит учительница.
– О, моё любимое, – не могу я удержаться.
Вот туда я хочу, снова вещать о них. А ещё о причастиях и деепричастиях. О спряжении глаголов. Тут я отправляю посыл Вселенной, что мне, наверное, нужно открывать свою школу.
– Сказали, что у Полины словесно-логическое мышление на низком уровне, – вспоминаю я. – Странно. Она так логично и к месту вставляет мат.
Конечно, это не достижение, и, надеюсь, пройдёт. Но раз на низком уровне что-то, то будем развивать.
– Это же не диагноз? – на всякий случай уточняю я, хотя понимаю, что это рекомендация, а не призыв выяснить, есть ли у школьного психолога психологическое образование и опыт работы.
– Столько лет хожу на собрания, впервые смеюсь.
Хороший у нас класс. Весёлый.