Дорогие читатели ОС, хочу познакомить вас с творчеством и легендарной жизнью дорогого и близко родственного мне человека – Олега Михайловича Сенина. В советское время в свои 22 года он был арестован и приговорен к 9 годам лишения свободы за противостояние политическому режиму. В зоне для «особо опасных государственных преступников» он уверовал в Бога и соделался православным патриотом, монархистом. Более подробно об этом человеке вы сможете узнать из ниже размещенного материала.
Вехи жизни
Сенин Олег Михайлович, уроженец славной земли Рязанской. В студенческие годы создал в Саратове подпольную антисоветскую организацию. Получил самый большой срок – семь лет лишения свободы и два года ссылки. Наказание отбывал в мордовском Дубравлаге, где уверовал в Господа Бога и сделался патриотом державником. Годы лагерного срока обернулись впоследствии полной утратой зрения.
Преподавал в вузах г. Тулы историю религии и этики и русской духовной культуры. С 2001 года преподает в Тульской духовной семинарии, магистр богословия. С 1996 года занимается духовно-просветительской работой. Писатель, поэт, публицист и проповедник. Автор семи книг и герой десятка телефильмов. Дважды избирался депутатом Тульской областной Думы, в 2004 и 2009 гг. 12 лет с 1998 г. возглавлял духовно-патриотический православный центр "Колокол".
У Олега Михайловича трое детей и девять внуков. Несмотря на полную утрату зрения рад общению со всяким, кто тяготеет к истине, добру и красоте. С 2015 года является заместителем председателя Тульского отделения Общества русской словесности, которое возглавляет митрополит Тульский и Ефремовский Алексий.
Приглашаю вас на обширный и содержательный сайт https://www.olegsenin.com/. Сведения о его многоплановой деятельности синхронно выставляются на страницах в вконтактеи одноклассниках.
Там можно прочесть и прослушать в авторском исполнении цикл стихов «Господь мой, бессмертный и крепкий...» и другие произведения. ОС будет делиться и на своей страничке крупицами творчества Олега Сенина. Надеюсь на ваш душевный отклик.
Цикл "Господь мой, бессмертный и крепкий..."
МОЛИТВА
Кто в скорбной нежности нас всех теплом дарит,
Кем отогреты рученьки ледащие?
Как слезы радости, слова моих молитв,
Во благости твоей ответы находящие.
Кому обязан я сиянием истин,
Чей смысл для гордых душ непостижим?
В ком нахожу хранительную пристань
И сердца жар средь холодов и зим?
Кого, растроганному, мне благодарить
За сад осенний, облетающий,
За небо, не уставшее дарить
Сочувствием своим все понимающим?..
Господь мой, бессмертный и крепкий,
Встающий в заставах сосновых боров,
Светящийся золотом сколотой щепки,
Влекущий созвучием колоколов!
К тебе в окаянстве своём притекаю,
Во храм принося покаяния грусть.
И, благостно светел, смотрю не мигая,
На лик, осенивший крещёную Русь.
НА СМЕРТЬ МОИСЕЯ
Он не дошёл до той земли заветной,
До светлых её рек и солнечных дубрав —
Гнетущий груз греха и путь сорокалетний
Смежил ему глаза в чужой стране Моав.
Остались позади жара и пот Египта,
Зловещий свист бичей, моление и страх,
А впереди — она, как чаша неотпитая,
Манила и влекла земля цветов и трав.
Он видел Божий лик и гнев Его разящий,
Синая дивный свет и ангелов крыла,
Но среди тьмы пустынь, сомнений и злосчастий, —
Она ему звездой сияющей была.
Теперь лежать ему в сухой земле чужбины:
Ни камень, ни плита не скажут, где тот прах...
И вот в последний раз, как песня лебединая,
К престолу горнему молитва полилась.
И внял ему опять Творец и Бог Единый,
И бренный прах его на небеса подъял,
Чтоб верный раб Его, страдавший неповинно,
Отчизны истинной покой и мир узнал.
ВОСКРЕСЕНИЕ
Опять на святцах — русская весна...
И снова Ты, оставив Вифсаиду,
Идешь туда, где, выместив обиду,
Тебя собьет глумливая волна.
Но, Господи, отныне и навеки
К подножью вознесенного креста,
Березы юные, творя святой устав,
Печально клонят шелковые ветви.
И малых рек студеная водица,
Все слезы непросохшие вобрав,
Смешав их с благостью пасхальных трав,
Тебя зовет на землю возвратиться.
Чтоб навсегда, животворя творенье,
Превозмогая запустенья срам,
Вознесся к небу бело-синий храм
Пресветлого Христова Воскресенья!
***
По дороге в Загорск
Всё сохранней и чище снега,
Март о лете с трудом вспоминает...
Только синь поднебесная
Благостно тает,
Дабы свет наших душ
Навсегда не угас.
*** Посвящается
Свято-Сергиевскому храму в Туле
Ветров весеннее приволье
Разрушенный ласкает храм.
И взгляда одного довольно,
Чтоб в душу привнести бедлам
Тоски, прозрений, тихой боли,
Век раскроивших пополам.
Перекошенными крестами
Горюет небо над землей,
Забыто вечное: «Бог с нами!»
А с ним — врачующий покой
Икон, окладов в полураме,
Паникадил над головой.
Утеряны ключи от рая
Поклонов, ектений, молитв...
В свечном огарке утопая,
Фитиль смиренья чуть горит, —
И в людях совесть пробуждая,
Собор поруганный стоит.
ОСЕННЯЯ ЗЕМЛЯ
Последние листы, познавши одиночество
На утонченной наготе ветвей,
Взирают грустно на упадок зодчества, —
Удел безрадостный всех поздних октябрей.
Земля соцветий, уступив из робости
Канунам и итогам плодородия,
Имеет вид торжественной суровости,
Столь неразлучный с моей скорбной родиной.
И только небо, вечно осиянное,
В своем порыве всех дарить надеждой,
Пророчит ей обновы сребротканные
И белизну, невиданную прежде.
***
Обрывается линия жизни,
Той единственной, богоданной...
Тихий глас, возвещая от ризни,
Оглушает известием нежданным.
И становится даром сакральным
В цепенеющем, гибельном крене
Недопитая в чаше хрустальной
Слезно-сладкая влага мгновений.
За окном — февраля бушеванье,
В ореоле жемчужных метелей
Восхитительным очарованьем
Поднимает со смертной постели.
Но часы уготованных сроков
Бьют загадочно и вразнобой...
И невыученным уроком
Предваряется вечный покой.
***
Предречена минута,
Когда под медный бой,
Среди толпы сомкнутой
Предстану я босой.
За семь шагов до плахи,
За миг перед концом,
К застиранной рубахе
Ты припадешь лицом.
В красе простоволосой,
Страданием исполненная,
Ты перед тьмой откоса
Мне ангела напомнишь.
Видения не нарушит
Взлетающий топор,
И примет мою душу
Всеангельский собор.
***
Надоело ходить по кругу,
Повторяя страстей блуканья,
Зоркой совести, что над веками,
Не ответствуя на понукания.
И не скажешь, что нет и не надо
Чистоты святого Завета,
Оттого что Господь где-то рядом
И скорбит в ожидании ответа.
И я чувствую как Ему больно
Нераскаянное прозябанье,
Как слезятся глаза у разбойника,
Осчастливленного обетованьем.
Видно, нет, не дошел я до края!..
Ты шипами венца не допустишь,
Чтоб лишился я светлого рая
И сокрылся на век в месте пусте.