- Стася! – бабушкин громкий голос заставил мальчика застыть и втянуть голову в плечи, – Ста-а-ся! Паренёк кисло скривился. Он терпеть не мог, если его так называли. А ещё, бабушкин тон не предвещал ничего хорошего, наверняка, его ожидает какое-нибудь нудное и трудоёмкое занятие.
- Стася, вот ты где, – бабушка нашла внука в конце сада, у сарайки, где он аккуратно перебирал свои рыбацкие принадлежности. Он разложил на полу блёсны, поплавки, коробочки с грузилами и крючками.
- Стась, надо бы доброе дело сделать.
- Ба, мы на рыбалку собрались.
- Ну сделаешь и пойдёте.
- Чего надо?
- Вон, смотри, яблоню-то нашу разломает.
Стасик взглянул на антоновку. Её ветви с ярко-салатовыми яблоками, согнувшись под тяжестью, свисали словно плети, до самой земли.
Мальчик сдавленно сглотнул, уже примерно догадываясь, о чём его хочет попросить бабушка.
- Надо бы лишние яблоки собрать, – подтвердила она его догадки.
Стасик засопел, опустил голову, сунул руки в карманы и, вздохнув, возразил:
- Я наверх не полезу.
- А ты собери, что достанешь. А в помощь Валеру позови.
«Ага, Валеру позови. Тот, если услышит слово «помощь», исчезает будто тени в полдень. Друг называется».
Стасик уныло поплёлся к яблоне, волоча за собой принесённую бабушкой бельевую корзину.
Обойдя яблоню пару раз, мальчик с кислым видом начал срывать кислые, жёсткие яблоки.
Покрыв дно корзины, он решил, что уже устал и в задумчивости начал разглядывать соседские огороды. Прямо за забором аккуратные грядки тёти Люси, к которой в этот год вместо Лёхи приехала какая-то вредная девчонка. А за их забором сад дяди Нафани, глухого старика, вечно ворчащего на них с Валеркой. Уж неизвестно за что конкретно дед так невзлюбил пацанов. То ли за то, что они однажды распугали всех его кур, изображая полёт стелса на лужайке перед домом, то ли за то, что учили плавать в бочке его кота, то ли за то, что закинули на тополь его телогрейку. Ну это, честное слово, случайно вышло. Кто бы мог подумать, что серый комок тряпья, висевший второй день на заборе, окажется дедовой носильной фуфайкой, и к тому же, никак не поможет спихнуть с дерева, так и не научившегося плавать Басю, забравшегося от страха на тополь и орущего по сему случаю благим матом.
В саду дяди Нафани росла яблоня. Одна одинёшенька, как и у Стасика, только не антоновка. На том дереве ярко краснели крупные, сочные и верно сладкие яблоки.
Стасик, не сводя глаз с чужой, усыпанной плодами яблони, запустил руку в корзину, достал что покрупнее и с отчаянием вгрызся в твёрдую вяжуще-кислую плоть. Мальчик ощутил свежий, зелёный аромат, но язык и губы свело судорогой, а зубы тут же заныли оскоминой. Рассердившись, паренёк швырнул кислятину за забор, на дорогу, а с яблони деда Нафани прямо издевательски грохнулось сразу два яблока.
«Ведь падают уже… И куда ему столько?»
Стасик отнёс корзину во двор, поставил в самый тёмный угол, чтобы бабушка не сразу заметила халтуру, и отправился на пруд.
Рыба в тот вечер не клевала, совсем. Валерка перезакидывал бесчисленное количество раз, а Стасик угрюмо смотрел на свой застывший поплавок и думал о несправедливой неравномерности распределения яблок на единицу площади.
- Лер, у вас яблоки есть? – вдруг спросил он.
- Не-а, – отозвался товарищ, – ранние уже все в варенье и компотах, а поздние ещё не поспели.
- А у нас только антоновка, – вздохнул Стасик.
- Понятно, – вздохнул в ответ Валерка.
- А у деда Нафани есть яблоки, – задумчиво продолжил Стасик.
- Хорошо, везёт ему, – откликнулся товарищ, – хоть он и вредный…
- У него яблоня - усыпана, они даже на землю падают, а он их не собирает.
- Плохо, – кивнул Валерка, – я же говорю, вредный дед, ни себе, ни людям.
- А я думаю, ему столько яблок не надо, он же один живёт. К нему не приезжает никто.
- А всё потому, что он слишком… – начал было Валерка, но тут до него дошло, на что намекает Стасик. – Точняк, – прошептал он, – ему столько не надо.
- Ты это, – довольно и озорно улыбаясь, прошептал паренёк, – бери рюкзак и, как стемнеет совсем, приходи ко мне.
- Нет, давай лучше за поворотом на кладбище встретимся и за огородами пойдём.
- А давай, только там не косили в этом году, там такое…
- Прорвёмся, – успокоил товарища Валерка.
продолжение