Большинство проблем люди создают себе сами, а потом добросовестно их решают - в этом Таисия Степановна убедилась уже давно. Взять, к примеру, семью Каблучковых с соседней улицы. Муж, жена, два сына-школьника - нормальные люди и жили нормально, пока глава семейства Григорий ногу не сломал. Три месяца в гипсе сидел, потом ещё столько же с тростью по деревне хромал - полгода без работы, а Любаня, жена его, как белка в колесе крутилась. С работы-то Гришку уже через месяц попёрли, потому как частнику невыгодно бесполезного работника в штате держать. Денег в семье, естественно, меньше стало. Любаня подработку нашла, чтобы мужа и детей прокормить. Гриша выздоровел, хромать перестал, а бездельничать - нет. Вроде и пытается работу найти, да всё как-то не получается это у него. Год не получалось, два… Прибежала Любаня к Таисии - мол, спаси-помоги, прокляли Григория, порчу навели и всё такое. А его не проклинал никто. И порчи тоже не было. Просто мужик лентяем оказался. Понял, что у жены на шее ехать можно, вот и сел на эту самую шею, да ещё и ноги свесил. Естественно, ведунья всё это в лоб взволнованной женщине и высказала. И что? Что-то изменилось после этого? Нет. Любаня Таисию Степановну шарлатанкой обозвала и по сей день продолжает бегать по бабкам в поисках спасения для своего нерадивого муженька. И деньги на это тратит, хотя всего-то и надо было пинком под зад Григория на работу выгнать.
Так часто случается - люди в колдовстве и суевериях проблемы ищут, потому что не хотят принимать реальность. Молоко скисает - ведьма в деревне завелась. Заболел кто - кошка чёрная дорогу перебежала или соль просыпали. А посуду под молоко мыть тщательнее и за здоровьем следить ума не хватает. Проще ведь на стороне причину найти, чем себя винить.
Вот и в этот раз то же самое произошло. Привела соседка к Таисии Степановне дочку своей давней подруги Аллу, а та на колени упала, слезами залилась, рыдает в голос - понять невозможно, в чём проблема. С грехом пополам выяснила ведунья, что в шестилетнего племянника просительницы после гибели родителей бес вселился.
Всё с Никиткой нормально было, и болел он редко, а месяц назад его мать с отцом в аварии погибли, и Алла забрала мальчика к себе - родная тётка ведь. На второй день после этого Никиту раздувать начало. Лицо всё опухло и пятнами красными покрылось, сосуды в глазах полопались, носом кровь пошла, задыхаться начал. Алла его святой водой и обтирала, и поить пыталась, молитвы читала, но в итоге всё равно пришлось вызывать «скорую», потому что у мальчика начались судороги. Забрали доктора Никитку в больницу и сказали - аллергия у него, причём, вероятно, наследственная.
- На ладан, представляете? Сестра моя, Царствие ей Небесное, атеисткой себя называла и в церковь не ходила никогда, а к таким как раз все бесы-то и липнут. Видать в ней этот бес сидел, а как померла она, так он к Никитке-то в душу и перебрался. Некрещёный ведь он, и я окрестить не смогла. Договорилась с батюшкой о крещении, когда мальчик ещё в больнице лежал, а как выписали его, так мы сразу и пошли беду исправлять. Домой даже не заходили. А ему и в церкви плохо сделалось.
- Ну так, может, не надо его по церквям таскать, если подтверждённый диагноз есть? - хмуро намекнула Таисия Степановна. - Где сейчас Никитка ваш? В больнице опять?
- Да, - всхлипнула несчастная женщина и снова заныла. - Врач сказал, что мне опеку не дадут, если я не перестану ребёнка мучить. А я разве его мучаю? Он же кровиночка родненькая. Маленький совсем. А Господь защитить его не может из-за одержимости этой.
Ну вот что можно сказать человеку, который голос разума слышать не хочет? Вроде бы взрослая женщина эта Алла, но элементарных вещей не понимает, потому что собственная набожность глаза ей застит. И ладно бы только с первого раза не поняла, что нельзя ребёнку находиться там, где ладаном пахнет, но ведь она и после второго приступа не угомонилась. Выпишут Никитку из больницы - снова его в церковь поволочёт. И хорошо ещё, если ума хватит снова «скорую» вызвать, а то ведь будет гонять несуществующих бесов, пока мальчишка вслед за родителями на тот свет не отправится. И ведь не мешает же вера такому человеку по бабкам бегать!
- Говори, в какой больнице Никитка твой лежит, я на днях навещу его и посмотрю, что там за бес такой. Через три дня опять ко мне приедь, - сердито проворчала Таисия Степановна и выпроводила гостью за порог.
В детской больнице она побывала на следующее утро - проведала мальчика, убедилась, что никакого беса в его душе нет, а потом пошла к заведующей отделением и прямо заявила, что отдавать Никиту тётке никак нельзя, потому что любящая родственница его угробит.
Алла приехала через три дня, как и было велено - снова вся в слезах и с жалобами на то, что органы опеки хотят забрать племянника в детский дом.
- Там он хотя бы выживет, - без обиняков заявила ведунья. - Нет в нём никакого беса. А в тебе есть. И имя этому бесу - глупость. Верить в Бога по-разному можно, но не вопреки здравому смыслу. Думаешь, Господу угодно, чтобы ты этого мальчишку до смерти по церквям затаскала?
Уходила Алла точно так же, как и пришла - вся в слезах. Пообещала, что Бог накажет ведунью за то, что та в помощи страждущему отказала, за дела ведьмовские богопротивные и за неверие особенно. Видать, заведующая детским отделением в больнице умолчала о том, с чьей подачи она в органы опеки сигнал сделала, а то, небось, и до проклятий бы дело дошло.
Вечером того же дня к Таисии Степановне на чай наведалась та самая соседушка, которая эту Аллу привела. Посидели вдвоём, повздыхали… А что тут поделаешь? Человеку причины на блюдечке с голубой каёмочкой принесли, а ей хоть кол на голове теши - одержимость, и всё тут. Так вот и получается, что принимать очевидное люди не хотят, потому что оно идёт вразрез с их представлениями об окружающей действительности.
А Никитку взяли под опеку дед с бабкой со стороны отца - уж им-то не пришлось дважды объяснять, что мальчику можно, а чего нельзя. Оба атеисты, советской идеологией вскормленные. А что мальчик некрещёным растёт… Зато живой.