#время_историй
Они долго бродили по стране, объездили все леса и пустоши острова, пока наконец не оказались на широкой равнине без конца и без края, на которой стояла огромнейшая крепость. Но не так-то легко было добраться до этой крепости. Рыцари ехали и скакали весь день, а крепость стояла все так же далеко, где-то там впереди на бескрайней равнине.
И второй день скакали они по равнине, пришпоривая своих коней, но крепость казалась все такой же далекой.
Лишь на третий день они приблизились к крепости настолько, что сумели различить огромное стадо овец, пасшихся на лугу перед стенами крепости. Овец было не счесть, а посреди широкой равнины на зеленом кургане стоял пастух в кожаном платье. Только главным сторожем стада был не сам пастух, а преогромный мастиф, ростом с девятигодовалого жеребца. Этот пес славился лютой свирепостью, из пасти его вырывалось такое горячее дыхание, что сжигало дотла все деревья и кусты вокруг. Но он был очень умен, и вдвоем с пастухом они ни разу не потеряли ни одной овцы, ни одного ягненка из всего этого несметного стада.
- Гурир, - сказал Кай, - ты наш переводчик. Пойди перекинься словечком с тем пастухом.
- Ты же знаешь, Кай, - отвечал Гурир, - мой первый долг всюду следовать за тобой.
- Что ж, значит, пойдем вместе, - сказал Кай.
- Да вы не бойтесь… - начал было Мену.
- Нам бояться? - возмутился Кай.
- Ну да, не бойтесь, я скажу заклинание, чтобы мастиф вас не увидел и не учуял.
- Если считаешь нужным, говори, - с презрением молвил Кай, однако в душе был рад-радехонек, что им удастся обмануть страшного пса.
Час или два шли они через поле, пока не достигли зеленого кургана. Они громко приветствовали пастуха, на что в ответ он только кивнул им.
- Как видно, дела твои идут неплохо, - сказал Кай, показав рукой на несметное стадо овец, сбившихся вокруг зеленого кургана.
- Чтоб у тебя они шли не лучше, - ответил пастух, предоставив Каю и его спутникам самим решать, как толковать такой ответ.
- Чьи же это овцы? - спросил Гавейн Храбрый.
- Откуда вы взялись, такие невежды? - удивился пастух. - Каждый ребенок здесь знает, что это овцы Великана-из-Великанов, а там вон - его крепость!
- Мы так и думали, - нашелся что ответить Гавейн. - А кто ты сам, дружище?
- Я его пастух, Сгилди Быстроногий. Но вы бы не увидели меня здесь в этом жалком платье, если бы не потерпел я урона от Великана-из-Великанов. Теперь скажите: откуда вы? Кто вы такие, что мой пес вас не учуял и не поднял тревогу?
- Мы посланцы короля Артура! - гордо объявил Кай. - И пришли сюда за Олвен, дочкой Великана-из-Великанов.
Пастух так и присвистнул, а мастиф тут же вскочил, услышав свист хозяина.
- О ней и не мечтайте! - воскликнул пастух. - О чем угодно, только не о ней.
- Но почему же? - удивился Килух. - Что плохого в том, что мы хотим увидеть дочку великана - Олвен?
- Многие приходили сюда за тем же, мой юный друг, однако я еще не видел, чтобы хоть один из них живым ушел отсюда. И жизнь свою здесь оставлял, и Олвен! Однако если глаза мне правду говорят, - приглядевшись к принцу, сказал Сгилди, - ты Килух, сын Килиса и Голайсид, его первой королевы, а значит, мой родной племянник!
И Сгилди сошел с холма, чтобы прижать к сердцу юного героя.
- Ты должен непременно повидать мою жену, твою тетю! Пойдем к нам, она тебе во всем поможет. Только помни: ты должен остерегаться ее родственных объятий, ибо нет сильнее ее женщины на свете.
- На свете нет женщины, которой я бы испугался! - ответил безрассудный Килух. - Веди нас, пастух!
- Посмотрим, посмотрим, - заметил Сгилди.
И, приказав псу стеречь стадо, Сгилди повел посланцев короля Артура к воротам своего полуразрушенного дома.
Услышав шум, жена Сгилди выбежала им навстречу:
- Чую, чую сердцем, - воскликнула она, - идет ко мне кто-то родной и дорогой!
- Вот он, - сказал ее муж, указывая на Кая.
И она бросилась к Каю с распростертыми объятиями. Хорошо, что Кай оказался проворнее и успел подсунуть вместо себя здоровенное полено! В тот же миг полено оказалось на земле, раскрошенное в щепки.
- Послушай, женщина, - сказал ей Кай, - ведь если бы ты не полено, а меня так крепко обняла, никогда бы больше мне не знать ничьих нежных объятий.
И он покачал головой, радуясь и ужасаясь одновременно.
- Полезный урок, - как бы про себя заметил пастух.
Потом он отвел всех в дом и угостил чем Бог послал. А жена пастуха открыла большой каменный сундук, стоявший возле очага, и оттуда вылез красивый светловолосый юноша.
- Это единственный мой сын, оставшийся в живых, - горько посетовала она. - Остальных убил Великан-из-Великанов. Их было двадцать три… Но я боюсь потерять и последнего.
- Отпусти его с нами! - сказал решительный Кай.
И все верные рыцари в один голос крикнули:
- С нами!
А Кай добавил:
- И знай: если суждено ему умереть, то не раньше моей собственной смерти!
Так они сидели, пили и ели, пока женщина не спросила:
- Что же вас привело сюда? Могу я вам чем-нибудь помочь?
- Мы пришли сюда за Олвен, прекрасной дочкой Великана-из-Великанов.
- Да ну? - И она присвистнула точно, как ее муж, пастух. - Радуйтесь, что вас из крепости Великана никто не видел, и возвращайтесь, пока все целы-живы, ко двору Артура.
- Не увидев Олвен, мы не уйдем отсюда! - поклялся Кай.
- А увидев, тоже не побежим! - добавил Килух. - Она когда-нибудь приходит сюда, в ваш дом?
- Каждую субботу. Она приходит сюда мыть голову.
- А если послать за ней, она придет сейчас?
Жена пастуха кивнула.
- Поклянитесь, что не обидите ее, тогда я позову, - сказала она.
- Клянемся! - сказали все.
Тут же послали за Олвен, и она пришла - в шелковых алых одеждах, пылавших словно пламя. На шее девушки висело золотое ожерелье, украшенное рубинами и жемчугами. Волосы ее отливали золотом ярче златоцвета, а кожа у нее была белее морской пены. Нежнее лепестков болотной лилии были ее пальцы и ладони, а глаза - яснее соколиных. Грудь и шея - белее лебединой, щеки же - ярче пунцовой наперстянки.
Она вошла в дом и села между Килухом и Сгилди. Тут Килух в первый раз ее увидел, однако ему показалось, что он знает Олвен давным-давно. И он сказал девушке:
- Ты моя давнишняя любовь! Пойдем со мной! Но Олвен покачала головой.
- Нет, это не принесет нам счастья, - сказала она. - Мой отец взял с меня клятву, что я не покину его без его доброго согласия. Есть предсказание, что жить ему только до моей свадьбы. Лучше поступи иначе. Пойди к нему и попроси моей руки. И какое бы задание он ни дал тебе, обещай исполнить. Когда он получит от тебя что попросит, ты получишь Олвен! А нет, так вряд ли вам теперь уйти отсюда живыми.
Верные рыцари поклялись исполнить все, как она сказала, и с этим Олвен ушла. Следом за ней поднялись и они. Мену прочел заклинание, и они невидимыми обошли стражу у девяти ворот крепости. Ни один пес на них даже не тявкнул. Они вошли в большой зал замка и громко приветствовали Великана-из-Великанов.
- Да знаете ли вы, - взревел Великан, - куда вы попали?
- Знаем, куда и зачем. Мы пришли за твоей дочкой Олвен, чтобы взять ее в жены Килуху, сыну Килиса.
- Я вас не вижу, - сказал Великан. - Где эти негодяи, мои слуги?
Покорные слуги тут же явились.
- Подоприте вилами мои тяжелые веки, - приказал Великан-из-Великанов, - чтобы я увидел будущего моего зятя, мужа моей дочки Олвен.
Все было исполнено. Вилы длиною с высокие деревья подняли тяжелые веки Великана. Он оглядел всех рыцарей и сказал:
- Приходите завтра. Тогда узнаете мой ответ. Они повернулись, чтобы уйти, и тут Великан-из-Великанов схватил каменное копье с отравленным железным наконечником и пустил им вдогонку. Но Бедуйр успел схватить копье единственной рукой и отправить его обратно. Копье пронзило Великану колено, самую чашечку.
- Ох, ох, ох! - взвыл Великан-из-Великанов. - Будь ты проклят, будущий зять мой! Как теперь я стану взбираться в гору? Это отравленное железо жжет, словно осиное жало. Будь проклят тот кузнец, что ковал его, а вместе с ним и его наковальня!
Эту ночь рыцари провели в доме Сгилди, а утром, разодевшись, с богатыми гребнями в волосах, торжественно вступили в большой зал замка Великана.
- Великан-из-Великанов, - сказали они, - отдай нам твою дочь Олвен, а взамен возьми выкуп. Иначе смерть тебе и погибель!
- Нет, нет и нет! - взревел он. - Еще живы ее четыре прапрабабушки и четыре прапрадедушки. Без них я не могу ничего решить. Приходите завтра! Тогда узнаете мой ответ.
Рыцари повернулись, чтобы уйти, и тут Великан-из-Великанов схватил второе свое копье с отравленным наконечником и пустил им вдогонку. Но Мену на всем лету схватил его и отправил обратно. Копье пронзило грудь Великана.
- Ох, ох, ох! - взвыл Великан-из-Великанов. - Будь ты проклят, будущий зять мой! Теперь у меня все будет болеть внутри, как же я стану пить и есть? Это отравленное железо жжет, словно змеиное жало. Будь проклят кузнечный горн, в котором его ковали!
И на третий день пришли рыцари в замок Великана.
- Больше не запускай в нас копьем, Великан-из-Великанов! - предупредили они. - Не то узнаешь боль и обиду, встретишь смерть и погибель.
- Куда подевались все мои слуги? - взревел Великан. - Несите скорее вилы, поднимите мои тяжелые веки, чтобы я мог наглядеться на будущего моего зятя.
Все было исполнено. Великан посмотрел на Килуха и опять сказал:
- Приходи завтра! Тогда узнаешь мой ответ.
И рыцари повернули, чтобы уйти, но тут Великан-из-Великанов схватил свое третье копье и пустил им вдогонку. А Килух на всем лету подхватил его и отправил обратно. Отравленное копье пронзило глаз Великана.
- Ох, ох, ох! - взвыл Великан-из-Великанов. - Будь ты проклят, мой будущий зять! Уж не думаешь ли ты, что от этого я буду лучше видеть? Теперь я обречен на вечную головную боль, да и глаза, чего доброго, станут на ветру слезиться. Хуже зубов бешеной собаки жжет это отравленное копье. Будь проклят и кузнец, и его наковальня, и горн, где его ковали!
На четвертый день пришли рыцари в замок снова.
- Где он, что хочет отнять у меня дочь Олвен? - заревел Великан. - Поднимите мои тяжелые веки, я хочу его видеть… Ага, это ты?
- Я, Килух, сын Килиса и Голайсид.
- А ты обещаешь выполнить все мои просьбы? - казал Великан-из-Великанов.
- Обещаю!
- Обещать-то легко! - сказал Великан. - Но знай, ты получишь мою дочь, только когда выполнишь все мои просьбы и задания.
- Назови их! - сказал Килух. - И все они будут исполнены.
- Видишь там чащи лесные? - спросил Килуха Великан-из-Великанов. - Ты должен вырвать с корнем все деревья и сжечь их, а землю вспахать и засеять пшеницей, чтобы можно было вволю напечь хлеба тебе и моей дочке на свадьбу - и все это за один день!
- Для меня сделать такое проще простого! - сказал Килух. - Хотя ты, наверное, думаешь, что труднее трудного.
- Ладно, значит, можно считать, хлеб к свадьбе будет, зато другое тебя погубит! Принеси мне золотой рог Лира Свирепого, сына Лирйона, чтобы обносить вином гостей на твоей свадьбе.
- Достать рог для меня проще простого! - сказал Килух. - Хотя ты, наверное, думаешь, что труднее трудного.
- Ладно, значит, можно считать, рог у нас будет, зато другое тебя погубит! Принеси мне корзину-самобранку Гвидена Длинноногого, что правит Подводным королевством. Пусть соберутся у нас все люди земли и еще трижды девять, всем хватит еды из этой корзины.
- И корзина у тебя будет, для меня это проще простого! - сказал Килух.
- Ладно, значит, можно считать, корзина у нас будет, зато другое тебя погубит! Когда я впервые встретил мать Олвен, я посадил девять зернышек льна вон на той равнине, но что с ними сталось, никто не знает. Найди зерна, посади их снова в землю, чтобы они проросли и дали побеги, собери лен и сотки из него белую фату своей невесте на свадьбу.
- Фата у нее будет, это проще простого! - сказал Килух.
- Ладно, значит, можно считать, фата у нее будет, зато другое тебя погубит! К вашей свадьбе мне должны расчесать бороду, сам видишь - вся она спуталась и стоит колом. Да только расчесать ее можно не простым гребнем. А спрятан тот гребень меж ушей дикого кабана Турх Труйта. Да только Турх Труйта не найти тебе, пока не поймаешь двух псов - Анеда и Этлема, что мчатся быстрее ветра и добычи своей еще ни разу не упускали. Да только не поймать Анеда и Этлема никому, кроме охотника Килдира Дикого, что в девять раз сильнее самого дикого зверя в горах. Да только не найти тебе охотника Килдира Дикого, пока не найдешь Гвина, сына Низы, которому Бог поручил стеречь демонов Того Света, чтобы спасти Этот Свет от погибели. Да только если и найдешь ты Турх Труйта, не одолеешь его простым мечом, а только мечом Великана Урнаха. Да только никому не отнять меч у Великана Урнаха, кроме самого великого короля Артура. Да только не станет помогать тебе славный король Артур, владыка и правитель нашего острова. Хватает у него дел и без этого. Теперь скажи, мой будущий зять, не отпала у тебя охота выполнять мои задания?
- На коней! - вместо ответа крикнул своим рыцарям Килух. - Поскачем прямо к моему брату Артуру. Он поможет достать все, что ты хочешь, и я возьму твою дочь Олвен в жены и твою жизнь в придачу!
При этих словах Великан-из-Великанов оттолкнул вилы, чтобы тяжелые веки закрыли ему глаза в знак того, что разговор их окончен, и Килух со своими верными рыцарями покинул его замок.
