Заявка Татьяна "Манекен, бадминтон"
Не ходите дети, в домик ведьмы. Не бродите, дети, вдоль ограды. Не заглядывайте, дети, в окна и двери. Не скрипите, дети, половицами. Не смотрите, дети, по сторонам.
Домик ведьмы – это такое классическое понятие, почти константа для любой мало-мальски заселенной деревни. И плевать, что старуха, скончавшаяся в одиночестве в своей развалившейся хибаре, в жизни не брала в руки карт и не общалась с черными котами! Вполне возможно, при жизни она была милым бухгалтером или добропорядочной почтальоншей, после смерти ее разрушенный, брошенный и забытый всеми дом, в глазах местной ребятни обязательно превратится в тот самый дом ведьмы, где живут монстры и призраки, а в подвале томятся жертвы невинных детишек.
Бабка Паша не была ни мирной, ни добросердечной, ни даже хоть сколько-нибудь добрососедской. Я ее плохо знала, мне, когда ее не стало, было лет пять, но крики, похожие на карканье ворон, и стук тяжелой палки по земле запомнила навсегда, как и бормотание своих старших братьев, в очередной раз получивших этой клюкой по мягкому месту за попытку забраться в чужой сад. Бабку Пашу боялись за скверный нрав, тяжелую руку и… за магию. Опять же, за руку не ловила и сама в том возрасте не интересовалась, но взрослые часто обсуждали, что «старуха опять Машку сглазила, а давеча дитенка Лехиного прокляла так, что тот горячкой три дня маялся». Не знаю, насколько это было правдой, но в образ жуткой, неприятной старухи истории вписывались идеально.
Бабки Паши не стало, когда мне было пять. А в 10 я уже охотно тряслась от страха вместе с остальными детьми, когда старый воланчик во время игры в бадминтон, залетал в запущенный сад. Пугал и он, и полуразвалившаяся хибара, никому не нужная и заброшенная. Настолько, что забираться внутрь и пытаться вернуть свою вещь никому из нас даже в голову не приходило.
На самом деле в самой этой хибаре, наверно, ничего ужасного не было, но… Детям не нужна правда, и мы отлично пугали сами себя, а взрослые не возражали – бояться старой хибары старой мертвой ведьмы все лучше, чем лезть напролом и получить по голове обвалившейся балкой.
Количество страшилок про дом ведьмы в нашем исполнении просто зашкаливало. Рассказывали и про духов, летающих и воющих вокруг по ночам, и про жуткие растения, вырывающиеся из-под земли, и про свет из окон. Свет… Если в остальном истории были не более чем байками, то со светом было сложнее. Дело в том, что его видели, и не только дети.
Свет в грязных, треснувших окнах хибары видели многие. На закате, когда солнце уже почти скрывалось за горизонтом, дом на пару секунд подсвечивался странным, зеленоватым сиянием. Взрослые говорили, что дело в преломлении солнечных лучей, играх воображения и простой физике, но… он был. И это был факт, который только добавлял жути в известную до мелочей историю.
А потом пропал дядя Леша. Тихий, мирный, местами ненормальный сосед, который никому не мешал – он был кем-то вроде местного дурачка, очень доброго и мало что понимающего. Мама рассказывала, что раньше дядя Леша был обычным, но в подростковом возрасте подрался с кем-то и получил камнем по голове, и с тех пор, вот, так и не повзрослел. Вообще-то дядя Леша часто гулял в лесу, засыпая на траве, но когда он не вернулся домой и через неделю, его мать – баба Тася – забеспокоилась и подняла на уши деревню.
Дядю Лешу так и не нашли, единственное, что от него осталось, старая верхняя рубашка, валялась у калитки дома ведьмы. И все. Взрослые прочесали лес, обошли все окрестности, но все было напрасно.
Мама сказала, что рубашка ничего не значит, и запретила нам подходить к реке, подозревая, что местный дурачок просто оступился и утонул. Река около деревни была быстрая и опасная, с крутыми берегами и камнями, и тайными пещерами на дне, там часто тонули люди, так что это был логичный вывод. Мы все так думали.
Как и со следующими пропажами – случайных туристов, ставших палатками чуть дальше по воде, ближе к лесу, бабы Таси, которая от горя после потери сына ходила сама не своя, незнакомого мужика, купившего дом неподалеку совсем недавно – все списывали на реку. Река смывала следы, река все еще была быстрой и опасной, и взрослые даже решили поставить таблички на берегу, предупреждающие о том, что купаться запрещено.
Пока не пропал Павлик. Павлик уж точно не был дурачком, он был вредным и противным мальчишкой, задирой и хулиганом, обижающим малышню вроде меня. И снова единственное, что после него осталось, его любимая кепка, которую он никогда не снимал, обнаружилась около дома ведьмы, практически у крыльца. Как потом рыдая рассказывали его приятели – они поспорили, что Павлик не испугается и зайдет в дом, и он пошел, но… Дальше начинались невнятные рыдания и истерики, и признание, что после слепящего глаза зеленого света никто ничего не видел. А Павлик пропал.
Тогда взрослые тоже пытались придумать логичное объяснение. И, пока они занимались этой безусловно важной работой, мы решили провести свое расследование. Группка 10тилетних начинающих сыщиков, ага. Мы решили проследить за домом ведьмы.
И вот тогда… Зеленоватый свет в окнах все еще мелькал периодически, вызывая в душе непонятную тревогу. Но гораздо больше меня напугали другие наблюдения. Дело было в том, что в старом, полуразвалившемся доме ведьмы кто-то жил.
Нет, ни я, ни мои друзья не видели человека, который бы входил или выходил из дома, но периодически мы замечали странную тень, слишком высокую для животного, случайно забравшегося куда не следует. И слышали скрип половиц. И тихий, жутковатый шепот на грани слышимости.
И мы категорически не понимали, что вообще происходит.
В конце концов, когда мы решились рассказать все родителям, те и сами были склонны удариться в мистику. Люди продолжали пропадать без вести (в основном чужаки или те, о ком никто не станет беспокоиться, но…), их вещи находили все так же рядом с домом ведьмы, и не было ни единого разумного объяснения тому, что случилось, особенно если учесть, что река, на которую все списывали ДО случая с Павликом, находилась в противоположной от дома ведьмы стороне.
Я тот вечер помню, как сейчас. Мама говорила что-то папе тихим шепотом, что-то про маньяка, скрывающегося в старом доме, психа-убийцу, расхаживающего все это время рядом с детьми, а папа собирался – заряжал ружье, проверял патроны и молча курил вонючую самокрутку.
Не знаю, зачем я решила пойти за ними… Наверно, мне просто было интересно узнать эту тайну. Да, именно так. Интересно.
Голос. Первое, что услышали взрослые, подойдя к самой двери в дом – голос. И он вовсе не был мужским и опасным. Даже я, со своей короткой детской памятью, не могла не узнать этот каркающий, неприятный звук. Из-за двери разрушенного дома с незваными гостями разговаривала мертвая бабка Паша.
«Убирайтесь! Уходите! Прокляну! Со свету сживу!» каркал голос, и это вовсе не было похоже на запись или иллюзию, потому что кроме него за дверью отчетливо слышалось шарканье шагов и стук деревянной палки. А взрослые – бледные и дрожащие – были явно напуганы происходящим.
Кто сорвался первым, я не знаю. Вороны, слетевшиеся к дому и пикирующие на людей, отвлекли меня, и угомонились только после выстрела из чьего-то ружья, сорвавшего с петель держащуюся на честном слове дверь. Взрослые кинулись внутрь, я – к окошку, которое хоть и было грязным до невозможности, все же позволяло увидеть.
И первое, что бросилось мне в глаза – свет. Зеленоватый, мрачный свет от тусклой лампадки, стоящей на столе. Кто зажег ее? И только позже, когда взрослые, напуганные еще сильнее, постоянно оглядывающиеся по сторонам, замерли с выражением полного шока на лицах, заметила ее.
Нет, старухи, бабки Паши, в комнате не было, разумеется. Ее тело уже давно лежало в земле, и встать оттуда ни при каких условиях не могло, вставать нечему было. Но кое-кто все же сидел на стуле, свесив руки по бокам от себя. Кое-кто, замотанный в старую бабкину хламиду, кое-кто, с пугающим гнездом из седых паклей на голове.
Кукла. Хотя, скорее манекен, высотой с взрослого человека, с гибкими шарнирами – когда один из взрослых поднял его за руку, та согнулась в месте, где у человека локти, с довольно детально расписанным неприятным лицом. Я даже со своего места могла рассмотреть морщины и блеск в кукольных глазах, почему-то жутко пугающих.
Взрослые не стали разбираться. Постоянно осеняя себя крестным знаменем и оглядываясь, они вытащили куклу во двор и сожгли на месте, переговариваясь про «бабкины штучки» и «дьявольщину». А чуть позже снесли и сам дом, до основания, старательно засыпав подвал и раскидав доски по участку. Больше не было ни зеленоватого света, ни пропаж.
Тогда, в детстве, вопросов после случившегося у меня не осталось. Главное, что пугающего дома больше не было, как и страшных случаев. Но став старше я задумалась, крепко задумалась. По всему выходило, что конкретно наш дом ведьмы был не просто детской страшилкой. Что-то жуткое жило в нем все это время. Что-то, что убивало людей. И… причем здесь манекен?
К счастью, это был первый и последний случай паранормальщины в моей жизни. Хотя после случившегося все старые дома я обхожу стороной.
История в авторской озвучке выйдет вечером, в 18.00 в телеграмм канале https://t.me/cheschnight. Понравилась история? Не забудь подписаться и поставить лайк!
______________________________________________
В моем телеграмме проходит игра: вы пишете мне два любых существительных, я придумываю страшную историю по этим словам для вас. Единственное условие - быть подписанным и терпеливым))
Ссылка на телеграм: https://t.me/cheschnight
Игра так же проходит здесь, в ЯД, по ссылке: https://dzen.ru/a/Y4hTNcnRJCELDe6p?share_to=link
Всех жду!