Это продолжение приключений зеленоглазой Хозяйки леса.
Ох, и метель! Раз в зиму такая бывает, да и то не в каждую. Из окна, сквозь дорогое, восточное стекло можно видеть лишь мрак да плотное белесое марево, а во дворе кружит и на все лады завывает ветер. В княжеских покоях хорошо натоплено и тихо, слуги ходят на цыпочках, чтобы не потревожить вечернее уединение владыки.
Князю Воронегу есть о чём подумать. В конце лета словенские земли по решению снема¹ князей объединились под властью одного государя. Снем этот Воронег вспоминает со странной смесью надежды и некоторой досады. Надежды вполне объяснимы. Два с лишним десятка владык урядились-таки о настоящем и будущем земель, связанных языком, обычаем и верой предков. Условились, как сойдёт весенняя распутица, не мешкая собирать совместное войско для похода на степь. Установили общие затраты на поддержание пограничных крепостей и застав. Хорошо, помощь Воронегу не помешает. Многие его города стоят на юго-восточном краю словенских земель, его роду досталось тысячу лет, не вкладывая меч в ножны, держать здесь рубежи. И хотя сегодня древний княжеский род Воронегов силен и могуч как никогда, от помощи он не откажется, по справедливости приняв всё, что причитается.
А досада? Откуда бы ей взяться? Так это, уязвлённое самолюбие главы владетельного рода после выборов, на которых Бус Белояр был провозглашен государем. И хотя род Белояров не менее знатен, богат и могуществен чем Воронеги, да и сам Воронег голосовал на снеме за Буса, в душе копошился червь: "Почему не я?"
Князь любит свои земли, добытые и выстраданные его предками, которые столетиями сражались, строили города и крепости, правили народом, вели торговлю. Воронег не стар и деятелен, все дела военные и мирные вершит сам, не позволяя самоуправства наместникам и воеводам.
И раньше, чем тысячу лет назад, его предки были князьями, но носили другое имя, а потом, к первому Воронегу прилетел и стал служить вещий Ворон. Мудрая птица, сидя на плече или спинке кресла, помогала, когда нужно было сделать трудный выбор, летала с особо важными посланиями, поднимаясь в небо перед битвами, кружила над вражескими засадами. Семейные предания рассказывали, как Ворон орал, не давая говорить лжецу, как при виде предателя стучал клювом по рукояти княжеского меча, словно призывая покарать негодяя. Однажды, лет двести назад, Ворон спас князя, бросившись на убийцу и клюнув его в глаз.
Такой подарок богов, конечно же сделал этот род сильнее, возвысив над прочими смертными. Только истинному наследнику опустится на плечо Ворон, взлетевший со смертного одра почившего Воронега и не позволит взойти на княжеский престол самозванцу (было и такое!).
За окном метель, какая может быть только в середине зимы, когда месяц сечень² инеем рисует на оконном стекле замысловатые узоры. А в княжеских покоях уют и роскошь - полы застелены толстыми персидскими коврами, стены обшиты панелями резного дуба, на столе дюжина свечей белого воска в массивном золотом подсвечнике освещают свитки пергамента и диковинной китайской бумаги. Вещий Ворон уселся на жёрдочку внутри своей раззолоченой клетки и дремлет. Покой.
Вдруг, близкий, оглушительный громовой раскат потряс заметаемый снегом город вместе с возвышающейся над ним крепостью. Ворон смешно крякнул спросонья, захлопал крыльями, уселся на плечо хозяина и сказал:
- Карр!
Этот сигнал у ворот мог означать только одно - за какой-то важной надобностью храм Перуна прислал к князю Воронегу своего жреца. Лишь жрецы Перуна самого высокого достоинства могли призывать знамение громовержца, таких насчитывалось от силы человек пять во всех землях словен. Воронег лично знал всех, но никто из них не смог бы пройти через лес в такую метель. Зато в войске князя достаточно воинов, кто найдет дорогу в ночном, завьюженном лесу, но громовые раскаты они издают в основном после сытного пира и не самым почтенным способом.
Забегали слуги, зашевелился караул у ворот. Появился ближний боярин, доложил:
- Волхв Хотомир, служитель Перуна, просит князя принять его по важному делу - и пожав плечами добавил - прикажешь впустить княже?
Небесный Воин - покровитель князя и его дружины, потому и отношения между жрецами Перуна и земными владыками всегда особенные. Не принять такого гостя без веской причины Воронег попросту не может. Кроме всего, он знает этого Хотомира. Когда это было? Лет тридцать тому?
Он, будучи ещё совсем мальчишкой, шел вместе с отцом, прежним князем, в свой первый поход. Старый Воронег принес тогда обильные жертвы в святилище всех богов на знаменитой Волховой Горке в Медведь - городке, где Верховный жрец Перуна приметил тогда среди младшей дружины молодого воина Мечислава, нарек Хотомиром и посвятил в волхвы. Князь помнил как разгневался тогда отец, лишь вещий Ворон, нежно пощипывая хозяина за ухо, успокоил его и убедил принять случившееся.
Высоко же вознесла тебя твоя доля, Мечислав. Худородный дружинник из бедных бояр теперь ведёт важные дела с князьями! Известия были, что Хотомир летом, перед снемом, спас Буса Белояра от проклятия, наложенного темным колдуном, за что был приближен и обласкан новым государем. Нам это знакомо, именно таких, выходцев из низов, сумевших оказать важную услугу, приближенных и обласканных, используют властители для исполнения самых низких и грязных дел. Ну, что же, послушаем.
- Зови - махнул Воронег холеной ладонью.
Волхв вошёл, большой и широкий, в добротной новой одежде, без излишеств. Обычно, быстро взлетевшие вверх, любят нацеплять на себя всевозможные золотые побрякушки.
- Здравия и долголетия князю!
Ведёт себя скромно, но с достоинством, речь внятна и пристойна месту.
- Служители Громовержца, ведущие счёт дней от сотворения Мiра, сопоставив свой подсчёт с положением светил в дни солнцестояний и равноденствий и сверившись с Велесовой Книгой, что от сотворения мира записывают жрецы Велеса, согласились, что на срок нашей земной жизни выпадает грозное и великое событие - Последняя Битва. И посему я, жрец бога Перуна Хотомир, обращаюсь к князю Воронегу, Хранителю Секиры Перуна, с почтительной просьбой передать её мне, для предстоящей Последней Битвы.
Воронег сидел за столом, на который расторопные слуги успели поставить ещё один подсвечник с дюжиной свечей. В длинных, тонких пальцах он вертел заточенное гусиное перо.
- Слава Перуну - покровителю! И тебе желаю здравия, волхв Хотомир. Мне кажется, что выражение "на дни нашей жизни" слишком общее и неопределённое. Не мог бы ты уточнить, жрец? В назначенный день, я со своим войском явлюсь к месту Битвы и передам Секиру Воину.
Секира Перуна появилась в год, когда прилетел Ворон. Предстояла жестокая война, на земли словен (они ещё тогда и не носили этого имени) шел с несметным войском царь Персии. Чтобы сберечь наиболее ценные реликвии, жрецы всех богов тайно роздали их на хранение в самые могущественные семьи. Такое решение оказалось удачным. Реликвии хранились в княжеских сокровищницах, под защитой крепостных стен и охраной дружин. При необходимости использовать святыню, Хранитель выдавал её под поручительство волхвов, а потом ее возвращали обратно. Случалось, что реликвии пытались получить самозванцы, даже не представляющие себе их истинной ценности. Мошенников разоблачали и жестоко карали.
- Расчёты не могут быть совершенно точны, потому, что в промежутке между Первой Битвой и сегодняшним днём прошло сорок полных жизненных кругов³, а в писаниях достаточно пробелов и наслоений. Однако, можно с уверенностью говорить, что Битва произойдёт в будущие Купальские Святки⁴ или в этот же день, но в течение нескольких ближайших лет.
- Да уж, не слишком точно, - усмехнулся князь - в этом году, или в течение нескольких лет, или, может вообще не произойдёт эта Последняя Битва? Как же мне, Хранителю, быть уверенным, что Секира попадёт именно в руки Воина? Кто он, этот Воин? Может ты, Хотомир - защитник Яви? Так ведь назвал тебя верховный жрец с Волхонки, уж не помню как его звали… Или, может быть, ты хочешь отдать Секиру Перуна своему новому князю?! Так знайте же, вы оба, что Секира это оружие Воина в Последней Битве, а не царская регалия и Бус Белояр её не получит! - гусиное перо в пальцах князя хрустнуло, переломившись.
Воронег не любил себя в такие моменты. Надо же было выдать свои чувства перед этим жрецом! С возрастом, когда кровь должна остыть, а вспыльчивость смениться спокойной рассудительностью, он, наоборот, стал не в меру гневлив. Откуда это? Из-за подозрительности, вскормленной годами интриг, или от владетельной спеси, или может это родовое проклятие Воронегов, ведь его отца хватил удар во время вспышки гнева.
- Богумил. Жреца звали Богумил, он умер в тот год. Старый волхв действительно поставил меня на стражу у Навьих Врат, но это вовсе не значит, что Воин - я. Перун воплотится в ком ему будет угодно, прямо перед Битвой, я же по долгу своего служения буду рядом в этот миг, чтобы передать оружие Воину, либо взять его в свои руки и стать Воином.
Князь почти успокоился. Ворон тихонько пощипывал его за мочку уха. На их тайном языке это означало, что говорящий стоит доверия.
- Будь по твоему, волхв Хотомир, вижу, что не с пустыми разговорами ты пришёл ко мне. Если Битва может состояться в день летнего Солнцеворота, то у нас ещё есть время. В первый день лета присылай гонца за Секирой. Ты так хорошо осведомлен, а значит, наверняка знаешь, как это сделать.
Воронег поднялся, показывая, что разговор окончен.
- В Духов день⁵, к полудню, жди гонца, князь - просто сказал Хотомир и повернувшись вышел, чтобы уйти в неутихающую метель.
Вот так, - размышлял про себя князь - бывший младший дружинник отца зашёл не поклонившись и вышел без поклона. Не остался повечерять, не попросился на ночлег. А может и правильно, что волхвы не склоняют головы перед земными владыками.
Продолжение следует.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ, весь цикл в подборке по ссылке: