Среди всех примеров пересечений чая, чаепитий и железной дороги, изученных мною за последнее время, я особенно выделил два. Безусловно, в значительной степени мое внимание к ним связанно с их винтажной роскошностью — но это только полдела. Я, повторюсь, не вижу ничего особенного в том, чтобы оборудовать, например, комнату для японских чайных церемоний в вагоне поезда. Хоть какую — хоть вызывающе дорогую, хоть не менее вызывающе демократичную. По габаритам тясицу в вагон вполне себе помещается, а все остальное — дело техники и вопрос ресурсов. И точно я также не вижу ничего особенного в том, чтобу подать в поезде хоть английский послеобеденный чай, хоть русское самоварное чаепитие. Я в своей не особенно бурной, но все-таки молодости как-то топил самовар на обычной гребной лодке, рассекающей по Псковском озеру. Так что просто самовар в поезде мне интересен только техникой дымоотведения, а не с чайной или культурной точки зрения.
А вот если топить самовар не просто в поезде, а на ходу на открытой платформе, так, чтобы настроение предстоящего чаепития полностью определялось скоростью поезда — вот это другое дело. Потому что если дым срывается с трубы и бьет тебе в лицо пополам с ветром, если любой чай становился подкопченым и кругом степь — то это одно чайное настроение. А если поезд идет шепотом — электровозы так умеют — и единственные звуки, которые он издает — это редкие стуки на стыке платформ, кругом туман, лес, болото, тишина и дым из самовара уходит практически вертикально вверх — то это совсем другое чайное настроение.
Так вот, мне удалось найти всего два поезда, которые являются полноценной частью подаваемого в них чаепития, а не просто подставкой на колесах под чайной стол. Это Rovos Rail и Seven Stars.
Rovos Rail катает состоятельных граждан по нескольким маршрутам по Африке. От Индийского до Атлантического океана, например. Или на водопад Виктория. Или на сафари по Намибии. Или в Кимберли, на алмазы поглазеть. Или еще куда. Так вот, в поездах этого проекта каждый день в 16:30 подают послеобеденное чаепитие. С кенийским, судя по отрывочным данным, чаем — что, конечно, правильно. Но самое классное там не это чаепитие, каким-бы крутым оно ни было. А то, что его могут сервировать на открытой смотровой площадке последнего вагона. Есть там такой балкончик, очень симпатичный.
И это, конечно, чума — ехать по Африке на поезде, пить чай под открытым небом, задумчиво смотреть вдаль и осознавать себя… Да хоть кем! Хоть доктором Айболитом, который устал хлопать бегемотиков по животикам. Хоть капитаном Себастьяном Перейра, торговцем черным деревом и негоциантом. Хоть Аркадием Аверченко, который в Африке никогда не был, но твердо знал, что в слонов лучше стрелять разрывными пулями. Это правильное чаепитие. Осознанное.
Ну а Seven Stars — это поезд, который разъезжает по японскому острову Кюсю. Там есть двухдневные и четырехдневные туры с разными приятными остановками. И в последнем вагоне есть номер с панорамным окном. И вообще там все такое японское-японское, да еще и в стилистике японского интербеллума. И в этом поезде есть японская чайная комната. Немного осовремененная, со столом и табуретками. Но в столе есть очаг, на очаге стоит чайник — и традиционное японское чаепитие там можно устроить совершенно без проблем.
Я было по первости эту комнату проигнорировал. По озвученным выше причинам — ну тясицу и тясицу, делов-то. А потом присмотрелся к фотографиям и обратил внимание на токоному. Токонома — это, напомню, ниша, в которую на время проведения японской чайной церемонии вешают свиток с каким-либо умным изречением и/или ставят букетик. Хорошее место. И слово хорошее, склоняется без проблем, не то что тясицу. «Дорогая, где мои любимые таби? В токономе, дорогой, ты их всегда разбрасываешь». Кхм…
Так вот, в Seven Stars в чайной комнате функцию токонома выполняет окно. Которое может быть занавешено свитком с изречением. А может быть открыто. И участники чаепития могут втыкать либо в умною мысль, либо в пробегающую за окном Японию. Жалко, что этот поезд ездит по Кюсю, а не по Хонсю — тогда бы за окном пробегала еще и Фудзи. Впрочем, в любом японском чаепитии должно быть несовершенство — иначе ваби, саби и таби не сойдутся.
На мой взгляд, для того, чтобы чай получился действительно хорошим, в одном месте и в одно время должно сойтись три чайных красоты. Красота явлений, красота решений и так красота в душе пьющего чай человека. Красота решений в этой схеме обычно самая сложная. В Rovos Rail и в Seven Stars она есть — и, надеюсь, что в этих поездах хотя бы иногда оказываются люди, способные создать две других чайных красоты.