Урса осталась позади серого, мягкими складками плаща. Белые волосы мага волной упали по спине, будто вырвались из сетей причёски, наполнились несдержимой силой. Урса тянет руку: схватить за плечо, притянуть к себе. Слишком долго тянет, и пальцы цапают только воздух. Маг шагнула навстречу тёмному.
Маг подставляла ладони чёрным ладоням тени, и они гладили её, не убивая. Просто касались и уступали место следующим. Будто маг шла через лес, касаясь крон деревьев и их ветки задевали её волосы, плечи и руки.
Маг шла дальше, в темноте. Фонарь остался у входа, и тень мага падала ей под ноги, чёрная. Как провал в иной мир. Будто маг шагала во тьму каждый раз. Тень мага тянулась к теням изнутри подземелья.
Только тень мага заканчивалась светлым и размытым от засветившихся волос, а тени подземелья тянулись многопальцевыми ладонями, громадными, как шляпы нарядных дам наверху.
Наверху, над поверхностью, яркий и живой праздник. А здесь — тьма. Живая и гнилая тьма.
Маг шла и шла. Вперёд! Шаг. Вперёд! Шаг и ещё шаг.
Темнота сгущалась вокруг, гасила свет, словно не пускала его разлиться в воздухе.
Маг щелчком зажгла огонёк. Слабый, трепещущий, он едва разгонял темноту кругом. Но всё же разгонял.
И маг увидела...
У противоположной, дальней от входа стены, почти впритык к ней, увитое щупальцами-тенями, росло деревце.
Тени-руки кроной стремились от него в стороны, словно тёмные ветви с листвой или осьминожьи щупальца. Или змеи. Клубок стремящихся к прекрови, к жизни змей. Готовые убить, чтобы добыть силу для собственной жизни.
Тонкий стволик напоминал старую виноградную лозу. Крепкий и гибкий, не перерубишь такой, не переломишь.
Щепками ссыпаются чешуйки коры, если огладить. Остаются на ладонях, тёмные, лёгкие. Оставляют скрученный вокруг себя ствол чуть более голым, чуть более беззащитным.
Беззащитным?
Маг оглянулась на оставшуюся на пороге подземелья Урсу. Свет её фонаря сюда почти не долетал. Она подняла его повыше, левой рукой поглаживая вышивку-оберег на груди , но молчала.
Это хорошо.
Маг коснулась скрученного стволика ещё раз. Это от него несло изменённой, неправильной прекровью.
Надо бы что-нибудь дать ему. Маг порылась в сумочке, нашла купленные Киром дешёвые побрякушки. Он их назвал «перекусом на крайний случай», видимо, имел ввиду, что маг может взять из них прекровь, если совсем прижмёт. Прекрови в них было немного и добывалась она тяжело — без любви, без духа делал мастер эти мелкие дешёвенькие подвески, вот и прекрови в них не случилось большой, это вам не Венец Предвечного.
Маг выбрала один и привязала верёвочку на изгиб ствола, там, где развилка.
- Возьми! Я приду ещё!
- Он тебя отпустил? - Урса недоумевала.
Маг хмыкнула:
- Значит, всё-таки хотела меня ему скормить...
- Не-ет, - травница замотала головой, - Нет, он мало кого отпускает без... без боя.
- И почему же ты мне не сказала?
- Да не успела я, миледи! Вы ж прям побежали к нему!
Маг стояла на первой ступеньке, задрав руки, пыталась уложить волосы, собрать их в косу и свернуть на затылке.
- И так ясно, что не прогулка по саду. Кстати, - она обернулась к Урсе, - это ведь живой? Как так вышло? Он был тёмным? Тёмным магом?
Урса помрачнела, поджала губы.
- Пойдёмте наверх, миледи!
Свет ушёл, оставив тени во тьме. Тени разочарованно поникли, отползли, сплелись в комок.
Ждать.
Продолжение будет тут