Когда я была маленькой, я обычно гуляла со своей старшей сестрой на площадке у дома. Одно время из соседнего дома к нам приходила одна девочка, на 2 года младше меня.
Как-то она принесла с собой клоуна, с жабо и в ярко-зеленом костюмчике. Мне он так понравился, что я даже представляла себе, как могла бы его переодевать, возить в своей игрушечной коляске, укладывать спать и показывать другим девочкам. Но, увы, Марина, так звали ту девочку, не хотела одолжить его даже на день, что меня очень огорчало. Я чуть от этого даже не плакала.
И вот однажды, когда мы уже с ней прощались, я увидела клоуна, валявшегося под лавкой, а Марина в тот момент побежала за мячиком. И мне в тот момент так хотелось спрятать в сумку сестры игрушку, но внутренний голос говорил мне: “Это будет нехорошо, нечестно”.
Секунду - другую шла борьба: брать или не брать.
В итоге, оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто не видит, я все-таки сунула его в сумку сестры. К счастью, никто не заметил.
Сначала мне было весело, но чем ближе был наш подъезд, тем тяжелее мне становилось на душе. Звучал все тот же голос: “Ты поступила плохо!Отдай игрушку!”.
Дома я смогла незаметно от всех достать игрушку.
Я все же перенесла ее в свой уголок, как и мечтала. Мне даже удалось посадить усадить клоуна среди других игрушек, но радости мне это почему-то не доставило. И на виду у всех его не посадишь, и подружкам не покажешь. Постепенно играть с ним у меня вовсе пропало. Даже думать и вспоминать о нем было как-то неприятно.
Я перенесла его в шкаф сестры и засунула в мешок с лоскутками. Я так хотела о нем поскорее забыть, но почему-то не удавалось. Клоун все также стоял у меня перед глазами. В этот день мне не нравилось всё, даже раздражало. Я поссорилась с подругой из соседской квартиры, а потом первый раз уснула, не помолившись.
Следующее утро было особенно солнечным, но как только я опять вспомнила о чужой игрушке, как настроение снова перестало быть радостным. На прогулке мне не хотелось снова сидеть на той скамейке и тем более встречаться с Мариной. Но встречу было не миновать. Бабушка Марины сразу стала рассказывать об исчезновении игрушки и даже спросила: "Не могли ли мы положить в свою сумку её нечаянно?". Моя сестра сказала, что ее не видела, а я ужасно покраснела, сделала вид, что ничего такого не слышала и заторопилась домой.
Но в квартире мне стало еще хуже. Казалось, что все догадывались о моем поступке, смотрели косо, а сестра вообще, как будто меня не замечала. Когда сестра подходила к своему шкафу, я каждый раз замирала, а сердце билось, будто сейчас выпрыгнет.
Внутренний голос меня продолжал преследовать: “Ты не просто взяла ты обманула. Ты должна во всем признаться и попросить прощения”.
Но я не могла на это решиться.
К большой радости сестра помогла. Я уже было ложилась спать, она подошла ко мне и спросила: “Ничего ли не хочу я ей рассказать?”
Я разрыдалась. Моя сестра посадила перед мной клоуна и спросила у меня:
— Ну что мы теперь будем с ним делать?
— Я хотела отдать, — плакала я… сразу хотела… — бормотала я сквозь слезы.
— Почему же ты этого не сделала?
— Мне было очень стыдно — призналась я, вытирая слезы.
— Это хорошо, что стыдно. Значит, не всё потеряно. Это твой Ангел Хранитель нашептывал тебе, чтобы ты так никогда не поступала — утешила меня сестра.
— Я не буду — еле говорила я. — Я никогда так больше не буду.
Сестра прижала меня к себе, погладила, потом я попросила у Бога прощения, перекрестилась и быстро уснула.
А клоуна уже на следующий день отдала. Марина очень обрадовалась и потом мы уже вместе играли с ним. Только на душе у меня теперь было невероятно легко, светло и спокойно.