"Откровенно развлекательные, а если назвать их грубее, но зато точнее — коммерческие фильмы «Человек из Рио» или «Фантомас» вряд ли составят славу французского кино.
«Человек из Рио» — картина аляповатая, безвкусная, откровенное, без стыда и художественной совести, подражание голливудскому Тарзану. Из вороха однообразных потасовок и погонь запоминаешь только одно — поразительные здания новой столицы Бразилии — города Бразилиа. Но к «Человеку из Рио» это имеет лишь отдаленное отношение.
Антуан до Сент-Экзюпери писал: «Нет приключений, есть человек, переживший приключения». Бельмондо — актер талантливый, но и его дарование не в силах преодолеть бездарность сценария и рутинные приемы режиссуры.
«Фантомас», конечно, классом выше. Во-первых, потому, что авторы смеются над фильмами ужасов, над всякими там суперменами и прочей мурой. Тут есть сцены по настоящему смешные и занятные Улыбка не раз спасает авторов, но не раз и не два улыбка оказывается неким «пропуском» в примитивный мир заурядного детектива, куда создатели картины погружаются настолько «с головой», что уже не знаешь, что же тут всерьез — пародия или сам Фантомас? Жанр пародии требует полной меры ума, изящества, остроумия, наконец, цели, ради которой создается пародия... Ладно, согласимся, что «Фантомас» — пародия. Но, увы — не первого (быть может, даже и не второго) сорта..." (Кузнецов М. Ягода сходит. Неделя французского кино // Советский экран. 1965. 10: 16-17).