Стальная махина с грохотом рухнула на поверхность планеты. Столб бледно-фиолетовой пыли взметнулся вверх, крутанулся в потоках ветра и осел, прилипая, на обшивку.
Приборная панель яростно мигала красным, над головой разрывался аварийный маячок. Айзек Бирс подвигал конечностями. Приложил пальцы ко лбу. Голова раскалывалась, но, кажется, он был цел.
Слева ухнул бортинженер Громов. Пару раз даже выматерился. Незапланированная посадка едва не убила обоих, и лишь благодаря чуду они остались живы.
– Проклятье.... Что это было? – Бирс выпрямился в кресле, приблизился к панели и запустил диагностику. «Аварийка» вмиг умолкла.
Громов пригладил бороду, сплюнул кровавую слюну.
– Думаю, мы попали в магнитный выброс местного солнца, который вывел из строя технику. – Инженер приблизил план корабля на сенсорной панели. – По крайней мере, один из двигателей приказал долго жить.
– Есть возможность его починить?
Инженер задумчиво почесал макушку. Повёл плечами.
– Думаю, суток хватит на ремонт. Однако… – протянул он.
– Что?
– …Не думаю, что справлюсь с починкой силового поля.
– Оно тоже «того»?
– Угу.
Бирс выругался. Привалился на спинку.
– Не беспокойся, капитан, – Громов, минутой ранее плевавшийся кровью, теперь радостно щерился розоватыми зубами, – справимся.
Бирс прекрасно знал, что справятся. Не было в их работе ещё ситуаций, когда не справлялись. Беспокоило его то, что груз они доставят с задержкой, а это репутационный удар по компании. «СпэйсМэсседж» славятся организованными торговыми путями и короткими сроками доставки, а не падающими, точно метеориты, курьерами.
Русского это мало заботило, но для капитана ситуация – настоящий позор. Один из опытнейших курьеров, непосредственный участник Четвёртой войны за систему Эсхил – даже медаль «За заслуги перед Земным корпусом» есть! А тут…
Громов встал, прошёлся туда-обратно по тесному капитанскому мостику.
Бирс в это время принял пару безуспешных попыток связаться с центром связи.
– Что, кэп, – обратился Громов, натягивая скафандр. – Идём чиниться?
Бирс с грустью взглянул на панель, тяжело вздохнул и, промолчав, утвердительно кивнул.
***
Удивлённый свист в наушниках резанул слух Бирса. Простецкие замашки русского действовали капитану на нервы.
– Напомни-ка, Айз, сколько форм разумной жизни было открыто после выхода за пределы Солнечной системы?
«Ноль».
Ноль хотел ответить Бирс, но не смог выдавить ни звука. Проверил мини-компьютер на запястье; верно – планета Малгун, на которую забросил их выброс, на всех картах значилась необитаемой. Более того – никогда не колонизированной ранее.
Однако несколько гигантских строений в метрах пятиста от них, укрывшихся в песчаном кратере, разбивали официальные данные в пух и прах. Более неподходящими этому необитаемому месту их делал местный пейзаж: засушливая пустыня с редкими вкраплениями мёртвых деревьев и барханами крупного, светло-фиолетового песка. Бирс не мог поверить, что на Малгуне способен жить хоть кто-то.
Что делать в ситуации, подобной этой, он не знал и знать не мог. Ни в армии, ни в «СпэйсМэсседж» не готовили к тому, что ему придётся примерить на себя роль археолога.
– Сколько, думаешь, нам отвалят бабок за это открытие?
Инженер хлопнул капитана по спине – по-дружески, доверительно. Бирс энтузиазма не разделял.
– Ничего нам не отвалят. Сообщить о находке - не значит её исследовать. В лучшем случае, получим благодарственные значки и пару дней отдыха. Учёные – эти да, а наши имена сотрутся из памяти, как только обнародуют результаты. И то лишь в случае, если заявление проверят. Никаких признаков жизни я тут не вижу.
Громов выдохнул. Потянулся было вновь почесать макушку, но на полпути остановился, одёрнул руку. Крякнул.
– Значит нужно убедиться, что разумная жизнь тут есть!
Если бы не более сильная гравитация, капитан, как ему казалось, сверзился бы вниз.
– Как это «убедиться»? Предлагаешь пойти туда?
Улыбка Громова растеклась под стеклом.
– Не предлагаю, – решительно поднял вверх палец. – Собираюсь это сделать прямо сейчас!
Капитан молчал - язык словно онемел.
Увидев растерянность на лице товарища, инженер воспользовался ситуацией:
– Посуди, Айз! – Громов сократил дистанцию. – Если планета обитаема, факт разумной жизни сделает нас знаменитостями во всей Вселенной! Слава, деньги и какие угодно блага...
Инженер живо описывал все плюсы рискованного шага.
– Подумай, капитан! Всё, что только захочешь, за снимок одного из тех, кто построил эти здания. – Громов направил взгляд в сторону построек. – Клянусь – ни одна даже полу-разумная дрянь не могла соорудить подобного великолепия.
– А что если...
– Если там чисто? И того проще! – Громов отмахнулся. – Вернёмся на «Эллисон», залатаем и улетим восвояси, никогда больше не вспоминая об этом месте.
– Нет. Я хотел сказать, что если представители «разумной жизни» окажутся враждебными?
Инженер вытащил лазерный пистолет. Взвесил его, точно впервые примеривался к нему.
– В таком случае, придётся дать отпор.
Бирс посмотрел на оружие, затем перевёл взгляд на сияющие жаждой наживы глаза Громова. Инстинкт самосохранения кричал, что нужно починить двигатель и как можно быстрее убраться отсюда, пока не стало хуже. Однако не менее крикливый внутренний искатель приключений, тот, что заставил его когда-то вступить в ряды «Первого Земного корпуса» для участия в войне, а затем пойти в курьеры - контраргументировал желанием новых впечатлений.
– Идёшь? Или будешь запекаться под солнцами?
– Солнцами?
Бирс задрал голову. Высоко в небе, точно чьи-то глаза, пылали три равноудалённых шара. По периметру каждого из них подрагивало огненное кольцо, из-за чего казалось, что солнца неспешно двигаются в сторону Малгуна. И чем больше Бирс смотрел, тем отчётливее становился этот мираж.
– Удивительно, что нас ещё в космосе не разорвало.
Капитан отправился следом за инженером, чувствуя, как кожа покрывается липким потом. Системы охлаждения плохо справлялись с местными температурами.
***
– Замри.
Бирс резко схватил инженера за руку.
– Видишь?
Инженер долго вглядывался в дорическую монструозность колонн. Затем, точно в скафандре прекратилась подача кислорода, шумно вздохнул и инстинктивно попытался прикрыть рот рукой.
Бирс ждал вопроса или радостного восклицания, но молчание оказалось красноречивее любых слов.
В зеве входа в нечто, напоминавшее храм, ярким пятном двигалась антропоморфная фигура. Существо не предпринимало попыток выбраться дальше первой ступеньки и лишь водило тупой мордой в сухом воздухе. Принюхивается, догадался Бирс.
Он приметил неестественно бледную кожу существа и выгнутые двухсуставчатые колени.
– Думаешь, услышало падение?
– Услышало или нет, но, кажется, выходить оно не намерено.
Бирс медленно, боясь, что существо может заметить две приметные фигуры на фоне фиолетового песка, нашарил на запястье мини-компьютер. В несколько движений активировал камеру. Синяя рамка с настройками возникла перед глазами. Капитан увеличил зум, настроил резкость. И хотя абрис существа ярко выделялся на чёрном прямоугольнике, издалека казалось, что это – не более, чем крупная тварь сродни кошачьим. На разумность ничего не указывало.
Ветер взметнул сгустки фиолетовой пыли, скафандр затрещал от миллиона застучавших об него песчинок. Существо испуганно отскочило, словно почуяло опасность, ещё раз поводило мордой по воздуху и тут же скрылось во тьме храма.
– Мать!.. Успел?
– Не совсем. Картинка размылась.
Громов выругался. И уверенней прежнего двинулся вперёд.
– Куда?!
– Не думаю, что за фотографии плохого качества что-то причитается. Я не привык бросать дело, не кончив.
– Это опасно! - попытался возразить Бирс.
Громов резко развернулся, и даже за потоками пыльного ветра капитан разглядел улыбку.
– За опасность нам и платят. Разве нет?
Растерянный, капитан обернулся назад, туда, где дожидался корабль. Перевёл взгляд на Громова. Тот шёл, точно танк, оставляя за собой широкие борозды. Нельзя – нельзя! – переводить рабочие отношения в ранг дружеских. Это никогда не кончается ни чем хорошим. Стоило бы попытаться надавить авторитетом, но что он, когда три года вместе бороздите космос?
Бирс помянул чёрта и устремился следом. Всю дорогу он не спускал глаз с тени, вернее, отсутствия тени Громова, точно светила расположились над ним и следовали, не отрываясь.
***
Интерьер храма ошеломлял. Уникальная лепнина с геометрическими фигурами и символами, животными и цветками гигантских растений. Резные колонны, походившие на греческие, уходили далеко вверх – до самого неба. Это дело рук созданий, наделённых разумом – у Бирса не осталось сомнений.
Инженер лучом фонаря высветил уходящие вниз, в глубину, ступени, усеянные мусором. Капитан поднял что-то: раздвоенный на манер рогатки скипетр с изогнутыми наконечниками. Ручка испещрена зарубками, материал грязно-жёлтый – то ли кость, то ли работа времени. Капитан зафиксировал находку, аккуратно положил на место. Каждое движение отдавалось гулким эхом, отчего неосознанно он вёл себя крайне осторожно.
– Достаточно, чтобы заинтересовать комитет по исследованиям.
– Разве? Дружище, мы на пороге величайшего открытия! Давать заднюю сейчас – идиотизм. Посмотри на это дерьмо. – Инженер сунул очередную костяшку едва ли не в самое стекло Бирса. – Посмотри, посмотри!
– Видел уже...
– Это – наш билет в беззаботное будущее, Кэп! Я понимаю и разделяю все риски, но и ты не забывай - мы не первый год рискуем шкурами ради меньшего.
Спорить бессмысленно. И хотя глубинный страх неизвестного был куда сильнее, чем страх словить пулю во время очередного путешествия, сдаваться на финишной прямой не хотелось даже Бирсу.
– Если с нами ничего не случится, то с тебя ящик «Меркурия».
– Даже два!
Ступени уходили в глубь, казалось, на добрую милю. Мусор трещал под тяжёлой поступью, шорох пробирал до костей. Фонари едва рассеивали тьму, и только пистолеты придавали уверенность.
Они вышли в помещение, из которого три арочных прохода вели дальше – возможно, в жилые помещения или склепы.
– Куда теперь? – Громов освещал коридоры. Во всех непроглядная тьма.
– Видимо, вперёд. Я, как капитан, не могу оставить команду.
– Да-а, без меня ты бы точно свалил, поджав хвост!
Бирс промолчал. Хорошо ещё, что компания не слышала их разговоров. За такое обычно дают пинка под зад.
Вдруг, не столько слухом, сколько неким внутренним чутьём Бирс услышал, что из левого прохода доносится вибрация.
– Там.
Коридор, несколько раз повернув, вывел в просторный зал. Фонари выхватывали очертания стен, потолка, но смутно, точно в пыльной буре. Курьеры остановились перед спуском к круглой площадке.
– Смотри!
Бирс без лишних подсказок уже наводил камеру. Даже под слоем пыли на площадке чётко проступали рисунки: существа в просторных одеждах. Кожа их была смуглой, как у турок. Кажется, рисунок изображал быт этих созданий – ритуальные празднества, пиршества и, кажется, работу в поле. Странно, учитывая местный климат.
– Это уже тянет на железное подтверждение разумной жизни, дружище! – прошептал Громов. – Ещё бы найти эту тварь.
Тварь нашлась сама. Впереди, сверху, упал камень. Капитан и инженер синхронно вздёрнули пистолеты, враз позабыв о находке. Лучи уткнулись в стены, и лишь сейчас люди заметили, что те усеяны многочисленными, широкими проёмами, точно рваными ранами. Из одного на них взирала тупая морда.
– Снимай.
Бирс завороженно смотрел – так, как может смотреть первооткрыватель. Казалось, что и существо взирает на него в ответ с любопытством, но лишь казалось. Существо было слепо: отчётливо виднелись заплывшие бельмом две пары глаз. Раздвоенная щель носа ритмично вдыхала воздух.
Существо медленно подняло лапу с тремя пальцами. С запястья свисали колтуны белой шерсти. Фалангами оно как бы прощупывало воздух, точно он мог рассказать о присутствии незваных гостей.
Верхняя губа существа задрожала, обнажив тупые зубы.
– Айз, сваливать пора, – голос Громова вывел Бирса из транса. – Мы сделали достаточно.
Отступая, они продолжали держать существо в поле зрения.
Позади Бирса раздался глухой удар - Громов врезался в стену.
Тут же, точно ожидая этого сигнала, существо вскинуло передние конечности и протяжно взвизгнуло. Тот час помещение заполонил гомон и топот сотен лап. Капитан испуганно вглядывался в глубокие норы.
Из них, будто потревоженные термиты, потекли массы шерстяных, белых, как мел, существ.
– Бежим! – взревел Громов.
Бирс рванул следом. Колени пройденного коридора вылетели из памяти. Куда бежать – непонятно. Капитан пытался поспевать за инженером, дышал в спину, но с каждым шагом отставал на все три.
Аборигены крикливо улюлюкали, как индейцы, загоняющие добычу.
– Гром! – Бирс крикнул, но ничего не услышал в ответ. Инженер спасал себя.
Если выберутся – «Меркурием» тот уж точно не отделается!
Пот застилал веки, щипал глаза и ужасней всего то, что нельзя было стряхнуть проклятую влагу рукой. Приходилось часто моргать, чтобы окончательно не ослепнуть. Бирс бежал, держа в руке пистолет, понимая, что от него не будет пользы, когда орава навалится на него бесчисленным множеством конечностей и ртов.
Несколько раз он влетал в стены. Скафандр смягчал удары, но даже при этом чувствовалось, как по телу разливается боль.
Капитан искал путь спасения, но то и дело оказывался то в комнатах, похожих на спальни, то вовсе забегал в тупик.
Когда сил уже совсем не осталось, а стекло шлема запотело от тяжёлого дыхания, Бирс влетел наугад в пустое пространство и прижался к стене. Ноги пульсировали от усталости.
Время неумолимо шло вперёд. Мрак давил, как пресс.
Но стоило лишь дыханию немного прийти в норму, как Бирс осознал, что не слышит звуков погони. Тишина за пределами скафандра оглушала. Кажется, твари отстали.
– Гром?
Внутренняя связь не работала. Либо инженер покинул зону связи, либо... Об этом не хотелось думать.
Бирс заставил себя подняться. Выглянул в коридор. Пусто.
Однотипные повороты, исколотые стены и тьма кружили перед глазами, точно в кошмаре. Казалось, что твари вот-вот выпрыгнут из темноты и доберутся до его глотки. Но было подозрительно тихо.
Когда после очередного коридора перед ним предстали уходящие вверх ступени, он едва не зарыдал. Задыхаясь от нехватки кислорода, давясь собственным потом и мельчайшими песчинками, он начал путь к свободе.
Впереди замаячила арка входа. Фиолетовые дюны казались роднее Земли. Бирс бежал и то и дело оглядывался. Ждал, что волосатые лапы утащат обратно во тьму.
Громов стоял под тенью крыши и тупо глядел перед собой.
– Ублюдок! Только выберемся, я тебя...
– Не выберемся. – тускло ответил Громов.
Бирс замер.
– Что значит «не выберемся»?
Инженер безмолвно указал пальцем. Над барханом возвышался столб густого, чёрного, как дёготь, дыма.
– Это?...
– Ага.
– Так чего ты стоишь?!
Стоило Бирсу сделать шаг за предел тени, как в лицо ударил ослепительный свет - кожа разом запылала, скафандр, точно целлофан под воздействием температуры, облепил руки и ноги.
– Твою!
Бирс отскочил назад. Бешено воззрился на Громова - лицо его покраснело, вздулось волдырями.
– Что за херня?! – не выдержал он. – Что, мать твою, происходит?
Громов молча пожал плечами.
– Хрен его знает, Айз. Думаю, мы нашли не просто цивилизацию. Мы застали их столкновение.
– Столкновение?
Инженер поднял глаза к небу. Бирс последовал его примеру. Там, на абсолютно синем полотне, три гигантских, похожих на глаза, шара, пылали яростью и Вселенским голодом. Они приближались всё быстрее.
Автор: Владимир Путин
Больше рассказов в группе БОЛЬШОЙ ПРОИГРЫВАТЕЛЬ