Ха, подержите мой... ладно, проехали.
Моя бабушка была из кошерной семьи хасидов города Гадяч, Полтавской области.
Родилась через год после революции.
Вышла замуж за русского офицера командира, семья с ней порвала. Шибко уж кошерные были.
Через то, когда в войну немцы местный кагал перестреляли, осталась жива.
Чуть ли не одна еврейка из всего города, не считая сбежавших.
Ни один сосед не стуканул немцам, что она таки да, хотя все знали. Чудо.
Мужа убили в первые месяцы войны, осталась на оккупированной территории с сыном, таскала местным партизанам харчи. Может и ещё что делала, я уж не в курсе.
Немцы спалили, но не опознали - выстроили баб на улице, офицер шёл и стрелял их из пистолета, через одну. Снова чудо - не попалась под пулю. Подружку, с которой туда бегала, убил - а она следующей стояла.
После войны снова вышла замуж, уже за соседа-украинца. Родила мою маму и ещё трёх девок.
Дети выжили все.
Орден Великой Отечественной и партизанская медаль.
Умерла в 1985 году - врачебная ошибка: диабет, гипогликемия, стало плохо, врач-скоряк ширнул инсулином.
А говорила - "меня и лопатой хер пришибёшь!". Первое моё неприличное слово - от неё, да.
Так к чему это я... А, ну да. Дед мой тех трёх сестёр мамкиных - не признавал. Говорил:Валька - моя, а тех - наблядовала. "
Не знаю уж, с чего это он. Все четыре - на одно лицо. Рыжие и с носом.
Эх, генетика, мать её Дарвина - у меня дочка в прабабку пошла. И волос в рыжину отдаёт, и шнобель такидашный.
Счастливый я.