Часть семнадцатая.
В Сосновском в доме Семеновых у окна виден силуэт женщины. Это Нина Ивановна ждёт сына. Сверкает огоньками ёлочка на журнальном столике. Под ней, с полным на то основанием, возлегает символ наступившего 2011 года - кот Персик. В доме пахнет пирогами. Стол не накрыт, но все для этого готово. Накроешь заранее - в дороге получится какая-нибудь задержка, а то и неприятность, не дай Бог! Зимняя дорога непредсказуема. Вот и молится мать, и горит свечка перед иконами Спасителя и Богородицы.
С улицы донёсся радостный лай, это Пират встречает хозяина и дорогого гостя. Ворота распахнул ее любимый Антоша, и машина въехала во двор. Из нее вышел Алексей Петрович, достал сумки. А Антон уже отбивался от любвеобильного Пиратки, трепал его за загривок, а тот норовил лизнуть гостя в лицо, высоко подпрыгивая. Мать выбежала на улицу, обняла сына, прижалась к его груди:
- Наконец-то! Все глаза просмотрела! Антошенька!
- Мама, зачем ты выбежала, простудишься ведь!
Алексей Петрович легонько подтолкнул жену и сына к двери:
- Дома наобнимаетесь! Заходите уже!
Дома Антон достал из рюкзака подарки для родителей. Отцу он привез часы, купленные в Германии, а матери любимые духи Climate. Алексей Петрович сразу снял свои часы, надел подарок сына, повертел рукой перед собой, любуясь.
- Мать, а что же ты наш подарок прячешь? Давай уже его сюда.
Нина Ивановна принесла красивый пакет, достала из него новогодний свитер молочного цвета с скандинавским орнаментом.
- Вот, сынок, тебе от нас на праздник!
- Здорово! Сейчас модно Новый год и Рождество отмечать в таких свитерах.
Он надел обновку, но... Рукава оказались чуть-чуть коротковаты. Он тянул их вниз, захватывал пальцами, но все было не то. Потом вздернул рукава вверх. И так тоже - ничего хорошего.
- Да, придется обменять...
За столом Антон рассказал родителям о Леночке, о своей командировке. Показал на планшете и Грассау, и Мюнхен, и Нойшванштайн, и фото Лены.
Нина Ивановна разволновалась:
- И когда Лена собирается в Сосновское? Подготовиться бы надо!
- Я ещё не знаю. Наверное, завтра или послезавтра.
- А давайте подарим это свитер Леночке! - предложила мать, - а тебе срочно закажем такой же, но побольше.
Тут же в интернете заказали ещё один свитер, который забрать можно хоть завтра.
После обеда Антон почувствовал, как на него навалилась жуткая тяжесть. Сказывался новогодний недосып, волнения, дорога. Его отправили наверх в свою комнату отсыпаться. А он и не возражал. Рухнул на кровать и проспал до утра. Разбудил его телефон. Встревоженная Лена потеряла его. Звонила весь вечер, волновалась.
- Я спал, как будто в колодец упал, ничего не видел и не слышал. А что твои родители? Я им не понравился?
- А почему ты так решил?
- Мне так показалось. Твоя мама не пустила твоего отца подойти к нам.
- Не думай об этом. Она у нас такая, тяжело сходится с людьми. Зато потом привыкнет и будет самой доброй и приветливой.
- Это было бы здорово! Какие у тебя планы?
- Папа приболел, отвезти меня к бабушке не может. Наверное, сама поеду на маршрутке. Мне не привыкать.
- Послушай! А ведь нам с папой надо в город. Мы тебя можем захватить в Сосновское!
- О, это было бы замечательно. Ну давай, ты со своим папой этот вопрос выясни и перезвони мне.
- Я соскучился, а ты?
- Я тоже...
В город выехали через час. Встретиться должны были в Ашане (там получали свитер в отделе доставки Валдбериса). Лена ждала у входа, поздоровалась с Алексеем Петровичем, зарделась от поцелуя Антона. - Ну, садись, молодежь! Сейчас все уложим и поедем домой.
Алексей Петрович открыл багажник, начал сосредоточенно складывать продукты, а Антон притянул к себе девушку и поцеловал ее так, что она тихонько застонала.
- Антон, не мучай ребенка! - пошутил отец, краем глаза наблюдавший за ними. Лена совсем засмущалась, а Антон, смеясь, погрозил отцу пальцем и отпарировал:
- А ты, папа, не подглядывай!
Какая волшебная стояла погода! При такой зиме и лета не надо! Снег искрился, сверкал, слепя глаза. На небе не было ни единого облачка. Солнце заливало светом раскинувшееся по обеим сторонам дороги белое раздолье и темные сосны с пламенеющими стволами, выглядывающие из-под снеговых шапок.
Знакомство Лены с матерью Антона прошло самым сентиментально-трогательным образом. Нина Ивановна раскинула руки и обняла сразу и сына, и его девушку. Антон снял с Лены пальто-пуховик, разделся сам и провел гостью в столовую.
Лена была, если вы помните, девушка общительная. Уже через полчаса родители Антона знали, как зовут, где работают ее родители, что у нее есть старшая сестра Настя, есть племянник, которого зовут так же, как их сына Антошкой, что сама она очень любит рисовать и рукодельничать, поэтому выбрала себе профессию дизайнера одежды, мечтает стать знаменитым модельером.
И тут Нина Ивановна встрепенулась:
- Алексей, а свитер-то вы привезли?
- Конечно! Вот он!
- Ну, дети, держите подарки! Вот вам новогодние наряды.
Антон помог надеть свитер Лене, оделся сам.
- Глаз не отвести! До чего хороши! - Нина Ивановна, восторженно глядела на сына и его девушку. Лена ей сразу понравилась. Молоденькая только! Была бы чуть-чуть постарше.
Ребята встали перед зеркалом. Вместе смотрелись они прекрасно и ростом подходили друг другу. Снимать обновки им не разрешили. Сфотографировались у ёлки с Персиком, символом наступившего года. А потом все вместе накрыли стол и подняли бокалы за уже наступивший год!
Потом молодые ушли к бабушке Лены, а родители Антона остались делиться впечатлениями о будущей невестке (они надеялись, что так и будет)
Бабушка жила на другом конце села в небольшом, аккуратном домике. Звали ее Мария Егоровна. Она усадила дорогих гостей за стол, налила им по кружке козьего молока, поставила на стол тарелку, полную пирожков с разной начинкой. Антон надкусил пирожок с яблоками и малиновым вареньем, запил молоком и, как будто детства отпил из этой кружки, вспомнил свою бабушку. Мария Егоровна всем живо интересовалась, расспросила Антона и про родителей. Оказалось, что она хорошо знала и бабушку, и дедушку Антона.
Лена проводила его до калитки. Они полюбовались на красавиц-козочек с хитрющими глазами, покормили их морковкой. На другой день ребята много гуляли по селу, сходили на источник, набрали воды для бабушки Марии Егоровны. Потом в доме родителей Антона рассматривали новые работы Нины Ивановны. Лена искренне восторгалась шкатулками и панно, вырезанными из липы. Точек соприкосновения у мамы Антона и его девушки было на удивление много. Отпускать домой Леночку не хотелось. Алексей Петрович решил отвезти ее домой (сам привез, сам и отвезу), а Нина Ивановна снарядила сумку с соленьями вареньями для родителей Лены. Зная ее впечатлительную натуру, мужчины не рассказали ей, как мама Лены повела себя в аэропорту. По дороге остановились на въезде в город, около универсама.
Молодежь отправилась в одну сторону, а Алексей в другую. Ему надо было выполнить наказы жены, купить зелени, рыбу и другие продукты (вина-фрукты). В кондитерском отделе Алексей Петрович увидел то, что заставило его вздрогнуть... Нет, это было не привидение, а бывшая жена Антона - Ирина. Она была одна. Присмотревшись, он заметил, что на лице бывшей невестки сквозь макияж проступают пигментные пятна. Она стояла совсем рядом, боком к нему, не замечая. Пальто на животе было расстегнуто. "Матерь Божья! Да она беременна!"