Когда Лёхе было пять лет, многие сомневались в том, что когда-нибудь он будет нормально разговаривать. Особенно активно в этом сомневались специалисты. Придёшь к какому-нибудь специалисту, он пытается пообщаться с Лёхой. Лёха смотрит на специалиста с недоумением. И специалист потом смотрит на тебя с такой особенной жалостью, знаете? (Надеюсь, не знаете.)
Специалисты говорили:
— Ладно бы ваш ребёнок просто не говорил, тут самые разные могут быть причины. Но он ведь не понимает обращенную речь. Это куда более безнадежная ситуация.
Но мы верили в Лёху. Мы думали, что у него было трудное детство, поэтому он так выпал. А в нашей компании его детство стало вполне обычным, и он непременно нагонит.
Отчасти мы были правы. Прошло семь лет, и теперь Лёха разговаривает так бойко, что часто думаешь: лучше б помолчал. Но понимает ли он обращенную речь – загадка. Вроде как да! Но не совсем.
Пытаешься, например, объяснить ему, как доехать до психолога. Раньше я его водила, а тут думаю: пусть сам доедет, там всего несколько остановок на автобусе.
— В общем! Садишься на автобус 56… — говорю.
— У нас не ходит автобус 66, — отвечает Лёха.
— Не 66, а 56, — говорю.
— Сначала ты сказала 66, — отвечает Лёха.
— Нет, я не говорила 66!
— Ты точно так сказала 66.
— В любом случае я имела в виду автобус 56.
— Тогда так и надо было говорить: 56!
— Но я так и сказала.
— Нет, ты сказала 66.
— Ааааа! — отвечаю. — Ладно, предположим, я сказала 66.
— И я о том! — радуется Лёха. — Непонятно, зачем ты со мной споришь.
— Разве это так важно?
— Именно! Разве это так важно? Почему надо утверждать, что ты сказала 56, когда ты сказала 66?
— Лёша, о чем мы сейчас вообще говорим?
— О том, что надо уметь признавать свои ошибки!
— Вовсе нет! О том, как тебе доехать до психолога!
— Ты заметила, ты опять со мной споришь!
— О чем я опять с тобой спорю?
— Не знаю! Но ты сказала «нет», когда я указал тебе на твою ошибку.
— Какую ошибку?
— Ты сказала 66, а не 56!
— Ну хорошо! В общем! Чтобы доехать до психолога, тебе надо сесть в автобус 56…
— Вот сейчас ты сказала 56.
— И что дальше?
— Ничего. Просто я заметил, что сейчас ты сказала 56, а не 66, как в прошлый раз.
— Нет, я о том, как ты дальше поедешь.
— А почему я должен дальше ехать?
— Ну, автобус же куда-то едет?
— Ну и что? Едет и едет.
— Но ты тоже в нем едешь.
— Но это же не я им управляю, он сам куда-то едет. У него есть водитель.
— Безусловно! Я имела в виду: где ты будешь выходить?
— Ну, он приедет куда надо — и я выйду.
— А как ты поймёшь, что он приехал куда надо?
— Ты хочешь сказать, что я совсем дурак?
— Вовсе нет!
— А почему я не смогу понять, где надо выйти?
— Лёша, я просто хочу убедиться, что ты помнишь дорогу!
— Какую дорогу?
— До психолога!
— А зачем мне её помнить?
— Чтобы доехать самому!
— Я что, сам поеду к психологу?
— Ну да!
— Когда?
— Сегодня вечером!
— Так бы и сказала!
— Вроде, я это несколько раз уже повторила.
— Там не было слово «сам»!
— Но зачем бы я тебе иначе объясняла, на какой автобус надо сесть?
— Ну, ты часто так со мной разговариваешь. Надо то, надо сё… учиться, читать, чистить зубы. Это же не значит, что мне надо прямо сейчас их чистить.
— В общем, надо сесть на автобус 56…
— Сначала ты сказала 66, помнишь?
— Я не говорила 66.
— Говорила!
— В любом случае я имела в виду 56.
— В прошлый раз ты тоже спорила! Это было дико смешно!
— Да чего смешного-то?!
— 66! У нас такой автобус даже не останавливается!
Лёхе и в самом деле смешно — он начинает хохотать и так расходится, что чуть не падает со стула.
— Аааааааааа! — ору я. — Лёша, можно ты перестанешь смеяться и послушаешь, как ехать?!
— Не знаю!
— Чего ты не знаешь?
— Можно или нет! Не уверен, что это от меня зависит!
В итоге Лёха таки идёт на автобус.
Но минут через двадцать звонит и говорит:
— Мам, я тут еду на трамвае, но я не уверен, что я еду туда.
— На каком трамвае?
— На девятом!
— А зачем ты сел на трамвай?
— Не знаю!
— А куда ты едешь?
— Так вот я как раз звоню, чтобы ты мне сказала! – объясняет Лёха.
— Ну, в какую сторону едет трамвай?
— Не знаю!
— Мимо чего ты сейчас проезжаешь?
— Мимо домов!
В такой ситуации главное — не отчаяться и не повесить трубку. Надо взять себя в руки и попытаться уточнить детали.
— Ты спроси кого-нибудь, трамвай едет к вокзалу или от вокзала, — советую я.
Лёха честно спрашивает.
— К вокзалу! — говорит.
— О, ну отлично! Доезжай до вокзала, выходи, обсудим, куда идти дальше.
— Кстати, мне кажется, я тут и так всё знаю.
— Прекрасно!
— Я же тут много раз бывал.
— Безусловно!
— А почему ты сказала, что я должен ехать на автобусе 66? Он ведь у нас не останавливается? И я вообще не на автобусе еду, а на трамвае!
Я вот думаю: может, специалисты, которые считали, что Лёха никогда не сможет нормально разговаривать, были правы? Просто не только Лёха не понимал тогда их речь, но и я её толком не понимала?
Но мы работаем над собой! У нас уже неплохая грамматика!
Да и лексика хоть куда.
Первоначально текст был опубликован на портале "Москва меняется".