Одиннадцатиклассницы Агата и Лика прогуливались по парку после занятий в школе. Для пасмурного апрельского дня было довольно тепло, и девушки медленно брели по парковой аллеи, распахнув свои весенние курточки, любуясь набухающими почками на деревьях.
«Мы можем дойти до детской площадки и покататься на качелях, если они будут незаняты малышней,» - неуверенно предложила Агата.
«Давай! Я все равно не горю желанием возвращаться домой. Как представлю эту картину: пьяный отчим и злющая мама, так и вовсе из дома сбежать хочется!» - Лика отвернулась в сторону, чтобы подруга не видела, как плотно сжимаются её губы и как яростно блестят красивые зелёные глаза.
«Сочувствую!» - произнесла Агата. Она никак не могла найти подходящих слов, чтобы хоть как-то приободрить подругу. Этих слов будто бы и не было в её лексиконе. Но, однако, девушка изо всех сил старалась присоединиться к подруге на уровне эмоций и чувств и понять, какого это быть отвергнутой и ненужной. Ведь у неё была совершенно другая ситуация в семье. Всё с точностью наоборот. И ей не приходилось слоняться часами по улицам в ожидании, когда сатанинская доза крепкого спиртного отправит её родителя в нокаут. Она прекрасно осознавала, что Лика нуждалась в ней. В её задорном смехе и в её сумасбродных идеях. В тот самый момент одна из таких идей ворвалась в мыслительное пространство и закружилась в зажигательном танце, внося сумятицу в привычный поток сознания.
«А может мы дойдём до той части парка, куда бы нам не следовало ходить?» - Агата восторженно вскинула брови вверх и собрала свои очаровательные пухлые губки в пятачок. «Сейчас ещё светло, нас двое! Мы – бесстрашные девицы, которым нипочём бабушкины страшилки! Это как вызов самим себе! Заодно и посмотрим, отчего так у всех колени дрожат при одном лишь упоминании этого места!»
Лика развернулась лицом к подруге и склонила голову вправо. Она всегда так делала, когда обдумывала очередной план действий. Где-то высоко над девочками чирикали воробьи, а вдалеке слышались детские голоса. Та самая часть парка манила и внушала невообразимый страх. Этот страх сочился по венам всех местных жителей, по чуть – чуть отравляя их кровь и крадя чувство радости и полноты жизни. И всё же, эти будоражащие ощущения лишь от одной мысли посещения этого мрачного места были преисполнены тайной надежды открытия чего-то необычного и потрясающего.
«А пойдём!» - хихикнула Лика. «Чего боятся! Но, если что… Ты ведь бегаешь быстро?»
Агата подмигнула подруге. Её большой палец взмыл в воздух, а губы растянулись в хитрой улыбке:
«Со мной ты не пропадешь!»
Девочки поспешили покинуть ухоженную территорию и направились в самый отдалённый уголок парка. И чем ближе был их пункт назначения, тем сильнее колотились сердца в груди.
В этой части парка время будто остановилось несколько десятилетий назад. Клумбы поросли бурьяном, везде валялся мусор. И в центре этого безобразия возвышался сгоревший летний кинотеатр. Почерневшие пластмассовые стулья, расставленные в случайном порядке по периметру, застыли на месте, будто на них наложила заклинание злая колдунья. Обугленные колонны, возвышавшиеся над ними с обеих сторон, бросали на пол размытые продолговатые тени. Эти тени, пересекаясь друг с другом, будто бы воссоздавали картину сражения давно минувших дней. И на это сражение воззрилось гигантское око – полотно, которые некогда было экраном. На этом экране люди смотрели добрые советские комедии и приключенческие фильмы.
Девушки глядели на разрушенное огнём строение, слегка приоткрыв рты. Тревожное напряжение, извивавшееся как ядовитый аспид рядом с ними, постепенно просачивалось под одежду и проникало под кожу. Старые покорёженные клёны с поломанными ветвями надвигались на них, заключая в удушающие объятья. Не было слышно ни птиц, ни жужжания насекомых. Даже голоса людей, проходящих мимо парка по ту сторону железного забора, тонули в душераздирающей инфернальной тишине.
Первой из оцепенения вышла Лика:
«Действительно жуткое место! У меня аж мурашки по коже!» - девочку слегка передернуло. Она обвела строение напряжённым взглядом. И всё, за что цеплялся её взгляд, ещё больше разжигало внутри тревогу и чувство обречённости.
«Ну, поглазели и будет!» - согласилась Агата. «Нужно уходить, иначе я тут сознание потеряю!»
Она медленно развернулась и зашагала прочь от сгоревшего кинотеатра. Лика же продолжала, не моргая, гипнотизировать колонны. И вдруг она заметила его: высокого бледного парня с длинными волосами. Он наблюдал за ней, прислонившись к колонне, засунув руки в карманы темно – синего плаща. У Лики задергался затылок и похолодели руки. Девушка нервно сглотнула и спросила, обращаясь к уходящей по парковой дорожке Агате:
«Кто это? Он смотрит прямо на меня!»
Агата обернулась на её хриплый голос. Она заметила, как дрожат руки у подруги и как порывисто и неровно та дышит. Агата тут же подлетела к ней и остановилась рядом, переводя взгляд с чёрных колонн на подругу.
«Кого и где ты видишь?» - спросила Агата. Она хотела, чтобы её голос звучал уверенно и громко. Но из-за неожиданности и скачка гормона стресса она прозвучала, как перепуганная первоклассница, которая читала стих на школьной линейке.
«Вон там, за второй колонной, стоит парень,» - едва слышно сказала Лика. «У него длинные обесцвеченные волосы. Он похож на какого-то хипстера!»
Агата прищурилась и принялась сканировать пространство между чернеющими колоннами. Но, увы, никакого парня она не увидела.
«Там никого нет! Тебе, наверное, показалось!»
Лика моргнула и вздрогнула. Парень, наблюдавший за ней и за Агатой, исчез.
«Чертовщина какая-то! Я чётко его там видела!»
«Слушай, Лика! Я, конечно, была инициатором этого похода, но теперь, я думаю, пора идти обратно. Нехорошее это место. А этот парень, вдруг он наркоман какой-то! Может это самый настоящий притон! А мы тут стоим, рты раскрыв!»
Лика растерянно провела рукой по волосам:
«Да, пойдём уже! Торчать здесь не имеет смысла!»
Девушки ритмичной походкой, близкой к бегу, пустились вдоль по узкому тротуару. Лика не оглядывалась и не могла видеть то, что происходило за спиной, но она точно знала, что порыв холодного ветра, сорвавшийся с макушки старого клёна, лишь на мгновение тронувший её ладонь, положил начало её личной трагедии.
Той ночью Лика видела странные сны, в которых молодой парень из парка катает её на деревянной лодке по пруду. Серебряный диск луны повис над их головами, бросая блики на алую воду и на сухие безжизненные деревья, лишённые всякой листвы. Сапфировые глаза парня сосредоточено изучали её лицо. И да, он был красив! Он был красив настолько, что сиянием своих глаз затмил бы самую яркую звезду Млечного пути. Его заостренные черты лица и болезненная бледность кожи в каком-то смысле вынуждали любоваться и восхищаться его красотой. Но что-то темное, пока ещё не обрётшее форму, скользило под тонкой обескровленной кожей. Так, за маской совершенства скрывалось не ведущее жалости и сострадания существо. Коварное, опасное, демоническое. Но Лика продолжала смотреть в эти глаза. Она не могла сопротивляться его взгляду и этому холодному отблеску, чарующему, испытывающему, внушающему страсть и ненависть одновременно.
На следующий день, сославшись на головную боль, Лика осталась дома. Её мать спросонья равнодушно вздохнула и указала на аптечку, где хранились лекарства. Отчим даже бровью не повёл на жалобы девушки. Он всё утра шаркал ногами и слонялся из угла в угол, массируя виски толстыми потрескавшимися пальцами, пытаясь сконцентрироваться на предстоящем рабочем дне. Дождавшись, пока родители покинут пределы квартиры, девушка, наскоро проглотив бутерброд с сыром, рванула в парк. Нет, она не намеревалась гулять по чистой аллее и любоваться сочной молодой травой, пробивающейся из – под земли. Она прямиком помчалась к сгоревшему кинотеатру в надежде ещё хоть одним глазком взглянуть на странного обитателя этого места.
Добралась она туда в два счёта. Лика остановилась и неспеша огляделась вокруг. Никого. Ласковый весенний ветерок гулял между клумбами, из которых торчали прутья сухой прошлогодней травы, перекатывая бумажки и обертки из – под сладостей. Видимо, сюда часто наведываются школьники, дабы получить дозу новых ощущений. Наблюдает ли за ними тот таинственный незнакомец, которого она заприметила вчера возле колонны? На самом деле ей не очень-то хотелось знать это. Она лишь страстно желала вновь ощутить на своей коже этот обжигающий взгляд.
«Ты пришла!» - раздался за её низкий хрипловатый голос.
«Да!» - прошептала Лика, медленно поворачиваясь на полупальцах. Разряд электрического тока пронёсся по венам, как только его ледяные сапфировые глаза встретились с её глазами. Он был на голову выше, худощавый, бледный с гривой непослушных светлых волос. В свете дня они отливали едва заметной синевой. Лика опустила глаза вниз, переводя дыхание и пытаясь угомонить бешеный стук сердца. На одном из пальцев парня сиял рубиновый перстень. Он продолжал:
«Я знал, что ты придёшь. Твоя подруга, она – такая же, как и всё. Поверхностная, легкомысленная, безрассудная. Она и впрямь подумала, что я наркоман?» - его бесцветные тонкие губы растянулись в улыбке. «Наверное, у неё не хватает воображения, чтобы разрешить себе пофантазировать самую малость! Но ты – это другое дело!»
«Что ты здесь делаешь?» - спросила Лика, пытаясь скинуть с себя чары, окутывающие её худенькое тело. «Ты здесь живёшь?»
«Я живу, где захочу!» - мягко проговорил парень, обводя рукой разрушенный кинотеатр. «Я там, где искусство! Я там, где прекрасное! Я там, где красота не угасает и не обесценивается!»
«Ты – художник?»
«Я – художник, писатель, скульптор, музыкант и режиссёр! Я – творец!» - парень раскинул руки в стороны, закружился на месте. Полы его длинного плаща взвивались вверх и опускались вниз. В голове у Лики зазвучала дивная тягучая мелодия, уносящая в далёкое прошлое. Эта музыка, пробуждающая чувства и желания. Девушка шагнула ближе, и парень, обхватив её руки своими изящными тонкими пальцами, закружил на месте в неистовом танце.
У Лики шла кругом голова. Она хотела прекратить это сладостное мучение, но оно, словно наркотик, уже проникло в её тело, разум и сознание, утаскивая дальше от реального мира в мир новых, доселе неизведанных ощущений. И эта пытка могла бы быть вечной, если бы того пожелал он – человек искусства, что кружил её в своих объятьях.
Фейерверк эмоций не смолкал ни на секунду. Вдвоём они исследовали каждый закуток заброшенного сооружения. Он показал ей свои картины и глиняные скульптуры, небрежно расставленные на полках в крохотный комнатушке – подсобке летнего кинотеатра. Когда-то здесь хранили оборудование, но он превратил это пространство в мастерскую своей мечты. Здесь молодой человек жил и творил каждый день, вдохновляясь величайшими гениями всех времен и народов. Он предложил ей выпить, плеснув отвратительного вида жидкость в пластиковый стакан. Лика приняла напиток и без раздумий пригубила, тут же почувствовав жжение на языке и на губах. Жжение длилось несколько минут, а затем маленькая комнатушка исчезла. Темное грязное помещение превратилось в огромный зал, залитый светом. Они гуляли по этому чудесному залу, любуюсь витыми подсвечниками и золочеными канделябрами.
Лика парила в невесомости рядом с белокурым незнакомцем. Каждое его прикосновение причиняло боль, но в то же время дарило эйфорию и умиротворение. Здесь в этом светлом зале девушка бы провела вечность рядом с ним, не расставаясь ни на минуту. Она не знала ни его имени, не его истории, но беспрекословно доверяла этому странному человеку. Потеряв счёт времени, Лика уже не думала о последствиях, которые повлечет за собой её неразумное поведение. Одурманенная, она впала в блаженное забытье, отдавшись во власть хищного зверя, что вёл охоту, не опасаясь ни людей, ни дневного света.
Если Лика и читала когда-то о вампирах, то уже наверняка позабыл тот факт, что эволюция вида наделила этих существ способностью к управлению потоком сознания своей жертвы. Опытный охотник может на расстояние прочитать мысли любого, и ухватившись за самое больное и сокровенное, начать воздействовать на жертву, прибегая к изощренным манипуляциям. Этот парень без возраста, без имени и без личности сам поведал ей о мрачной безликой тайне. Он проделывал свои фокусы со всяким, кто ступал в его владения и осмеливался вести беседу.
Осознав, что она оказалась в ловушке, из которой нет выхода, Лика взмолилась лишь о том, чтобы её смерть была не столь мучительна, как смерть её предшественников. Немного протрезвев от бесконечного потребления дурманящей жидкости, Лика узрела душераздирающую картину места преступления тихого убийцы. Этот кровавый алтарь, где невинный человек испускал последний вздох под гипнотизирующим взглядом демона – кровопийцы. Её воображение уже рисовало сцену ужасающих предсмертных агоний и полыхающей ярости в груди. Но и отказываться от жизни она не хотела. Вместе с яростью и ненавистью в ней росло новое чувство. Чувство глубокой самоотверженной привязанности к своему мучителю. Да и сам вампир не спешил лишать жизни прекрасную юную девушку. Он наблюдал эту странную, ни на что не похожую страсть в зародыше и хотел видеть плоды этой любви, которая возносила его к первоистокам мироздания.
К тому времени весть о пропаже одиннадцатиклассницы Лики ураганом пронеслась по маленькому провинциальному городу. Безутешная мать выла в комнате сутки напролёт. Отчим нервно курил на балконе. Одноклассники Лики организовали поисковый отряд: обходили всех знакомых, возможных друзей. Посещали места, где ранее бывала Лика. Но все их попытки были тщетны. Лишь один человек знал, где могла находиться несчастная девушка. И этим человеком была Агата – её лучшая подруга. Но она и под пытками бы не призналась, что в тот чудесный весенний день отправила Лику на верную смерть. Она знала, какое зло обитает в том злополучном месте. И она отдавала себе отчёт в своих действиях. Да, Агата больше никогда не увидит прежнюю подругу. Ведь рано или поздно случится то, что обычно происходит в фильмах ужасов, когда тьма одержит верх над светом, и живое бьющее сердце замолкнет и застынет в грудной клетке навсегда. Зато у монстра появится та, кто разделит с ним одиночество в бесконечной попытке насытиться плотью и кровью. И этот момент уже не за горами…
#страшныеистории#вампиры#любовь#рассказы#япишу