Я сейчас прохожу курс Альфрида Лэнгле по работе с депрессиями в экзистенциальном подходе.
В первой лекции Альфрид сравнил состояние человека в депрессии с тем, как будто он стоит у подножья огромной крутой горы, в её тени, понимая, что ему никогда на неё не подняться.
Это очень верная метафора того бессилия, которое испытываешь в депрессии.
Когда каждое дело, самое маленькое, становится неподъёмным, а ты сам — бессильным, ничтожным, не справляющимся.
Когда простые ежедневные жизненные задачи вырастают до размеров этой горы, внизу которой стоишь маленький ты, охваченный страхом и тоской.
Ты заранее знаешь, что не справишься.
Тебе надо с этим как-то жить, но ты не можешь. Просто не понимаешь, как.
Я сейчас пытаюсь увидеть, как формируется это представление о непреодолимости, огромности проблем, глядя уже как бы со стороны. И рассказать хочу сейчас только о себе, не пытаясь обобщать.
Знаю, что опыт человека, уже вышедшего из депрессии, может оказать на тех, кто всё ещё там, не самое лучшее впечатление — склонность депрессивных винить себя во всём на свете чаще всего заставляет винить себя и в том, что кто-то уже выздоровел, а ты ещё нет.
Опять ты плохой и виноватый (не надо так, пожалуйста).
Договоримся: я пришла просто поделиться своими впечатлениями, а не распространить свой личный опыт на всех и рассказать, «как надо».
Так вот, моё личное открытие последней буквально недели — видимо, дозрела наконец до более-менее объективного сравнения жизни «во время и после депрессии»:
то, что воспринималось мной в депрессии как катастрофа, обрушение нормальной жизни, оказалось вообще-то как раз просто нормальной жизнью.
Разница ровно в том, что в норме ты с ней справляешься, а в депрессии нет.
В норме ты лезешь в свою гору, иногда чертыхаясь и проклиная всё на свете, но лезешь. Порой даже получаешь удовольствие.
В депрессии ты сдаёшься сразу (и кстати, правильно делаешь, это лучше, чем сдохнуть).
Это доходит до абсурда: сейчас, оглядываясь на 2020, когда началась моя вторая депрессия, я почти серьёзно не понимаю, а чо там такого было-то?
Я буквально сама себе готова сказать: Наташа, ты маялась фигнёй, ты впала в депрессию на ровном месте.
Ну, подумаешь, мировая пандемия началась; ну, сократили на работе; ну, обнаружилось при этом, что ты выгорела и работать в этой сфере больше не хочешь никогда и ни за что, а другой профессии нет, и чем теперь зарабатывать, непонятно; ну, дополнительные финансовые проблемы ко всему прочему очень «вовремя» добавились...
Но жива ведь, относительно здорова, было где жить и что есть; рядом был муж, семья, поддержка; всегда можно было на крайняк вернуться к маме, я знаю, что она меня примет; короче, чего я боялась-то?
А вот собственного бессилия и боялась.
Я боялась того, что Я сама — не могу ничего.
Я превратилась из субъекта, влияющего на свою жизнь, в объект, с которым эта жизнь делает что хочет.
Именно это переживалось так травматично, при том, что сил на изменение такой позиции не было совсем, и казалось, что они не появлятся никогда…
Я правда думаю, что если я прямо сейчас попаду в ровно такую же ситуацию, как тогда, — отсутствие работы и понимания, чем зарабатывать, большой долг, неблагоприятные внешние обстоятельства, — я перенесу её гораздо, гораздо проще и спокойнее. И без депрессии.
Говорит ли это о том, что в 2020 я была дурой, раздувающей из мухи слона? Нет.
Это говорит только о том, что в тот момент обстоятельства сложились так, что все эти события вызвали у меня депрессию. А сейчас паззл моих обстоятельств изменился ровно настолько, чтобы депрессии не возникало.
Вот и всё.
Наша депрессия — сумма обстоятельств (внешних, внутренних, соматических, психологических, травматических и каких угодно других).
Но не вина. Не стигма. Не выбор.
Я обнимаю всех, кто сейчас там, где я была три года назад.
Выход есть. На гору можно подняться.
Там растут цветы.