Князь – конунг, конник или...?

Исходя из предубеждения о заведомой социальной отсталости славян, попросивших Рюрика в 9 веке "володеть" ими, построена целая система выведения социальных и военных терминов славян из германских языков, в которых, понятно, с этим делом всё в порядке с конца прошлой эры, по крайней мере, по свидетельствам античных авторов. Отсюда должно быть без пояснений ясно, что князь – термин германского происхождения.

Народная этимология, однако, иногда предлагает происхождения от конь. Только влиятельный человек, вроде как, мог иметь коня. Князь – это конник.

Как видно, вера в германское происхождения князь не слишком крепка, попробуем разобраться в теме самостоятельно, подобно тому, как раньше разобрались с витязь.

Версию с конём отметаем сразу, поскольку современники князей в значительном множестве имели коней, и не будучи князьями. То есть конник - это просто 'конник'. Переходим к германской версии.

По Фасмеру, князь – заимствование праслав. *kъnędzь из прагерм. *kuningaz или гот. *kuniggs, д.-в.-н. kuning, производного от kuni 'род'. Первая версия подразумевает наличие у прагерманцев этого титула до распада прагерманского языка на отдельные германские языки. Вторая версия подразумевает заимствование в праславянский из готского или древневерхненемецкого.

Славянские аналоги рус. князь имеют значения:

- укр. князь 'князь', ст.-слав. кънѩѕь 'князь', болг. кнез 'старейшина', серб. кне̑з 'князь', словен. knȇz 'граф, князь', польск. książę 'князь', полаб. knąz 'дворянин, помещик';

- др.-чеш. kněz, слвц. kňaz 'священник', польск. ksiądz – то же, в.-луж. knjez 'господин; священник', н.-луж. kněz 'господин, священник' (Фасмер).

Германские прототипы имеют только одно значение 'король' и этимологию: из *kuningaz, где прагерм. *kunją 'род' складывается с прагерм. *-ingaz, 'один из членов'. Этимология не вызывает вопросов.

Славянские значения 'князь', 'дворянин', даже 'старейшина' семантически не очень далеки от значения 'король'. А вот как из германского 'члена (знатного) рода' получить славянского 'священника', это вопрос.

Сопоставление польских слов ksiądz 'священник', książę 'князь' и księga 'книга', książeczka 'книжечка', при единственном родственном им в том же польском księżyc 'луна, месяц', показывает, что в польском слова ksiądz 'священник', князь książę означают попросту 'книжень, книжник'. Это логично, поскольку значение 'священник' тоже связано со значением 'книга' (речь о Библии). А наименование Луны – księżyc (букв., 'княжич') – идёт уже от książę 'князь' как метафора. Поскольку книга не имеет семантической связи с родовитостью древних германцев, то в этимологии Фасмера возникают дополнительные сомнения.

Однако при непосредственном произведении титула князь от книга в других слав. языках возникают фонетические трудности – появление в основе слов со значением 'князь' носового гласного (ст.-слав. кън-ѩ-ѕь – ст.-слав. кън-и-га) и противопоставление по мягкости-твёрдости (напр. сербск. кне̑-з 'князь' – сербск. књи̏-г-а 'книга, письмо'). Вторую трудность объясняют так называемой прогрессивной палатализацией (kunni-ng – кънѩ-ѕь, вследствие гласного переднего ряда [i] перед заднеязычным носовым согласным [ŋ]). Но нам для устранения трудностей достаточно предположить общее происхождение всех слов от корня кон-/кън- с семантикой 'начало, порядок'. Тогда кън-иг-а 'за-кон' и кън-язь 'за-кон-ник, начальник' – разные суффиксальные производные от кон (подобно вит-язь 'добытчик' – от вить и вер-иг-а – от вер-ать 'совать'). Аналогичное чередование "долгий гласный – краткий гласный" имеет место, например, в др.-рус. ров-ъ / ръв-ати, гон-ъ / гън-ати, ст.-слав. берѫ / бьрати.

Таким образом, этимологически князь, букв. 'книжник', связано с книга, которое, в свою очередь и тоже вопреки устоявшемуся мнению, связано с кон/чин-, то есть с понятиями 'начало', 'порядок', 'закон'. Поскольку древние книги, как правило, содержали сведения об учёте и контроле, а также о правилах поведения (например, "Русская правда"), то семантическая связь князь, книга и кон/чин- сомнений вызывать не должна.

В этой этимологической гипотезе всё непротиворечиво: и фонетика, и морфология, и семантика свидетельствуют в пользу исконно славянского происхождения славянских аналогов рус. князь и независимого существования германских родовитых конунгов, с заимствованием их титула исключительно финнами и эстонцами.