Сколько тем у меня родилось в голове весь день!
А как добралась до пижамы и дежурной чашки чая - всë выветрилось, вылетело, развеялось. Только черновики с набросками остались.
В журналистском прошлом я умела сесть за компьютер и встать только уже с готовым текстом сюжета. Но тогда это было моей основной работой. И навык был - рабочий.
Застопорило лишь однажды. Я и так, и эдак - не складывается сюжет. Извелась. А ведь и время поджимает. Редактор зыркает сурово. У него уже дикторская подводка готова, примерный хронометраж учтëн, вëрстка программы ждëт только уточнений. А мне ещё "начать и закончить", в студию прорваться, закадровый текст записать, на монтажку отправить. А там монтажëр, тоже ведь человек. Должен успеть к эфирному времени.
Короче, встал редактор, вышел, через десять минут вернулся. Со штопором и бутылкой красного сухого. Молча налил мне, себе. Посмаковали, бесцельно глядя в пространство. Повторили.
И тут каааак прорвало! Линия сюжетная сложилась, слова полились, как из рога изобилия. Десять минут - и готово. А в студии, что интересно, записалась с первого раза, без единого затыка. Потом посмотрела на монтажëра Женю, нервно жмущего на кнопки и отправила его в курилку.
Сама села и собрала сюжет. И программу начала собирать. Но тут редактор меня остановил. "Вот поэтому журналисты и бухают" - говорит. "Ты смотри, это "лекарство" часто нельзя". Да мне, в общем-то, и не нужно было впоследствии. Как-то научилась расклинивать шестерёнки мозга без "допинга"
Сейчас вот сижу, обласканная кошкой и думаю, какое же хорошее время было! Любимая работа. Самая любимая, за всю жизнь.
Только на этой работе много не наживëшь. Да и в некоторых принципиальных вопросах журналистской этики мы с директором тогда резко разошлись. Ушла с лёгким сердцем.