- Сколько людей, столько и мнений, - довольно хохотнул Людоед и, глядя в пустые глазницы черепа, что держал в руках, произнес, - мнение мнению рознь. Иных даже варить не хочется.
- Хотите об этом поговорить? - вдруг произнес череп.
Людоед от неожиданности выронил череп из рук и икнул.
- Нет, я серьезно. Что больше всего вас беспокоит на данный момент? А если долго варить, мнение будет не доваренным? Чем отличаются мнения, мужское от женского, чье интереснее? Нет ли потом изжоги?
- О, Святые хранители долины! – вскричал Людоед, отползая в угол пещеры. – Ты кто? Психолог?
- К вашим услугам! – щелкнул челюстью череп. – Психолог, гипнолог, регрессолог, тета-хилер, - самозабвенно перечислял череп.
- Вот говорили мне дед с бабкой: «Мой руки перед едой», - Людоед печально посмотрел на грязные засаленные пальцы.
- Вас третировали в детстве? Били? Заставляли есть молочную кашу с комочками? Какие установки вас больше всего тревожат? – перечислял череп.
Людоед выскочил из пещеры и жадно вдохнул морозный воздух. Почему-то у него щипало в носу и внезапно захотелось плакать.
- Мы можем поговорить позже, - гулким эхом раздалось позади него. Людоед шумно высморкнулся, вытер пальцы об штаны и вернулся в пещеру. Схватил огромный камень и раздробил череп в пыль.
Ночью ему снились кошмары. Толпы людей скандировали приветствия и махали руками. Есть их почему-то не хотелось. Людоед проснулся, вспомнил, что не всегда был Людоедом. Он мечтал писать картины и участвовать в выставках. Но разве можно стать художником в семье Людоедов? От былой мечты остались только каракули на стенах пещеры, их он сделал, когда был крохой.
Внезапно мелькнула мысль: сейчас он один! Никого рядом нет! Ни деда, ни бабушки, ни родителей. Что он здесь делает?
Людоед посмотрел на свое жилище: всю валялись кости, грязная посуда, горы мусора почти перекрывали вход.
Он вытащил из кострища уголек, перекинул несколько раз с руки на руку и, сдвинув одним рывком свое лежбище, освободил кусок стены.
Снегопад тихо укрывал долину уютным белоснежным покрывалом. В пещере на вершине скалистых гор огромный Людоед торопливо рисовал лошадей, а по щекам его текли слезы.
У лошадей были крылья…. Как у мечты.
Хотите об этом поговорить?