Иерархии зла бывают разными – как по масштабам, так по впечатлению, которые они создают во внешнем мире, за пределами втянутого в иерархию зла общества. Если наблюдать за иерархиями зла со стороны, можно увидеть, что одни демиурги, в общем-то, не особо скрывают свои подлинные цели. Да, внутри своей иерархии, чтобы удержаться на самом верху, они создают для общества положительный и хороший образ себя любимого. Но для внешнего мира они совсем не стесняются – и всем понятно, что такими людьми движет элементарная корысть и страх понести ответственность за свои злодеяния. И именно это и заставляет их во что бы то ни стало, любой ценой сохранять свою иерархию зла и поддерживать ее любыми ресурсами.
Но мы видим и иерархии, демиург в которых как будто действительно верит в свою теорию заговора и убежденно, без тени сомнения, транслирует ее во внешний мир, ввергая этот внешний мир в ужас и оцепенение. Верит ли он на самом деле в то, что говорит, или искусно притворяется безумцем, чтобы снять с себя хотя бы часть ответственности за причиняемое людям зло? В большинстве случаев действительно создается полное ощущение, что верит, и мне кажется, что это так и есть.
Потому что любое зло, которому не мешают и не препятствуют, и сопротивление которому не так велико, чтобы его побороть, рано или поздно достигает критической массы, выходит за пределы всего, что человек может вообразить. Демиурга, который, при всем его цинизме и жестокости, все же остается всего лишь человеком, его собственные злодеяния, достигнув определенного масштаба и ужасающих последствий, не могут не задевать за живое, не могут не трогать – просто в силу его все-таки человеческой, физической природы.
Когда злодеяния уже с лихвой покрыли все психические травмы, все тайные страхи злодея, они не могут не быть явственно самому злодею видны и очевидны – и, конечно, он видит и понимает на этом этапе, что он натворил. Эти злодеяния, достигшие такой откровенности и масштаба, явственно указывают на своего автора и инициатора и явственно же говорят ему, что он злодей.
Но ни один злодей, как мы знаем, не считает себя злодеем – иначе он никогда бы не продолжил свои злодеяния после того, как это осознал. Злодею для продолжения своих злодеяний, как ни парадоксально, обязательно нужно убедить себя, что он не злодей – что у него есть веские причины и даже необходимость так поступать. А продолжать злодеяния ему нужно, чтобы сохранить в неприкосновенности свою иерархию зла и продолжать уходить от ответственности за прошлые злодеяния, при этом получая и все остальные бонусы и выгоды от зла.
Получается такой замкнутый круг – человек должен продолжать творить зло, чтобы сохранять свой статус злодея, но при этом ему нужны веские причины, чтобы не считать себя злодеем, своеобразное «разрешение» на зло. Эти веские причины и дает ему теория заговора, например, декларирующая наличие каких-то опасных и коварных врагов, с которыми он борется. Эта теория заговора и избавляет демиурга от когнитивного диссонанса и помогает ему оставаться уверенным в правомерности и даже благородстве его действий. А заодно помогает и укрепить иерархию, распространяя эту уверенность на ее нижестоящие ступени.