Наверное, ей слишком сильно затянули волосы. И корсаж платья оказался слишком тугим. Только Лукреция задыхалась. Ей хотелось рвануть с шеи это тяжелое ожерелье из крупных жемчужин, скинуть бархат и свободно вздохнуть. Поздно, слишком поздно. Принц, который гарцевал на коне под её окнами, вскоре увезет её с собой. И ему не важно, кто она – главное, из рода Медичи! Сестрёнка, которую выбрали на замену ее умершей сестре.
«Это не могло быть случайностью», - шептались во Флоренции. Старшая дочь великого герцога Тосканского слишком быстро угасла. А какой она была красавицей! Козимо очень нравилось повсюду появляться с дочерью – она приковывала восторженные взгляды. И держалась с достоинством подлинной принцессы.
Мать постаралась, чтобы Мария, ее первый ребенок, получила лучшее воспитание. В двенадцать лет девочка цитировала Гомера и говорила на четырех языках, помимо итальянского. Герцогиня придавала особенное значение и этикету, взяв за образец самый строгий в Европе, испанский. Девочкам из рода Медичи запрещалось смеяться на публике, ни единой душе, кроме прислужниц во время переодевания, нельзя было дотрагиваться до них. Повсюду их сопровождали дуэньи. И все-таки нашлись недоверчивые люди, которые нашептали отцу: Мария влюблена в пажа из семьи Малатеста!
Это было более чем серьезно! Ведь для Марии уже подобрали партию – принца Альфонсо, который должен был унаследовать герцогство Феррары. Обручение состоялось, когда Мария была совсем малышкой, а в 1557 году готовили пышную свадьбу. Семнадцатилетняя невеста находилась в расцвете своей красоты…
И вдруг угасла. В короткий срок, в ноябре! Из окон дома Медичи вывесили траурные флаги, герцогиня горячо молилась за дочь, а по Флоренции побежали нехорошие слухи – неспроста все это! «Мария Медичи была запятнана, - обсуждали в кулуарах, - и покинула этот мир по воле родственников».
В герцогстве Феррарском расстроились, но ненадолго. У герцога Козимо было еще несколько дочерей, поэтому во Флоренцию отправили посланника с уведомлением: мы хотели бы рассмотреть возможность союза с другой девушкой из рода Медичи.
Сестрёнкой на замену стала младшая, Лукреция. Поскольку ей только исполнилось двенадцать лет, стороны договорились, что после венчания юная герцогиня вернется домой. А в Феррару приедет чуть позже. 18 мая 1558 года Альфонсо д’Эсте гордо въехал во Флоренцию, и специально сделал несколько кругов по площади напротив дома Лукреции. Девушки-прислужницы заливисто смеялись, глядя на него из окошка. «Он миловиден! – Переговаривались они. – Нашей юной госпоже повезло».
Сама же юная госпожа не могла подойти к окну – мать запрещала. Герцогиня Тосканская внушала дочерям, что из окошка выглядывают только плохо воспитанные девушки. Тем более, что для всего настанет свое время – на 3 июля была назначена церемония.
После свадьбы с Лукрецией стали обращаться еще строже, чем до того. Ее жизнь теперь принадлежала другому семейству, поэтому ее берегли как зеницу ока. Почти все время девушка проводила в покоях матери, и покидала их только чтобы отправиться в церковь. Там же, в апартаментах герцогини, ей вскоре сообщили о важных переменах: в Ферраре скончался правитель, и теперь Альфонсо – новый герцог. Поэтому Лукреции надо бы поторопиться к мужу.
Она приехала в Феррару в феврале 1560 года. Как выяснилось, порядки на ее новой родине были почти такими же, как дома. Герцогиня постоянно находилась под присмотром и ей не рекомендовали слишком часто выходить из дворца. Одну клетку поменяли на другую, только и всего. Лукреция Медичи, герцогиня д’Эсте, находила утешение только в музыке и в чтении.
О том, что она поражена недугом, догадались не сразу. А потом было уже поздно. Два трудных месяца – и сестрёнка на замену отправилась на небеса. Как нетрудно догадаться, Альфонсо вскоре женился еще раз.
А память о Лукреции увековечили… в девятнадцатом веке. Поэт Роберт Браунинг посвятил ей стихотворение «Моя последняя герцогиня»:
Вот на стене портрет моей жены,
Последней герцогини. Вы должны
Признать: он несравненен. День деньской
Трудился Фра Пандольфо, и живой
Она предстала, хоть ее уж нет.
Присядьте и взгляните на портрет!
А во Флоренции снова говорили – не может этого быть. Молодые не должны умирать столь рано. Лукреции, скорее всего, кто-то «помог».
P.S. Упомянутую Марию Медичи ни в коем случае не стоит путать с другой - женой короля Генриха IV.
Подписывайтесь на мой канал Ника Марш!
Лайки помогают развитию канала!