Как-то раз, не очень давно, в мои руки попала книга «Древности Белозерья: Путеводитель по археологической экспозиции Кирилло-Белозерского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника». Сведения, подчерпнутые из этой книги, в сочетании с иными источниками информации, позволяют несколько расширить тему древних волоков и попытаться понять, кем были люди, жившие на этих ключевых участках водных путей.
По мнению автора указанной книги, А.В. Суворова, археолога, историка, участника постоянной Онежско-Сухонской экспедиции Института Археологии РАН, первоначальное освоение Европейского Северо-Востока было охотничьим, торговым и военным. На основании археологических и этнографических материалов, член-корреспондент РАН Н.А. Макаров предлагает реконструировать «технологию» промысловой колонизации в следующем виде:
Занятие пустующих таёжных угодий сопровождалось созданием небольших охотничьих становищ – «станков», где рубилась маленькая избушка с земляным полом и очагом, внешне похожая на те, что сооружаются и сегодня в глубине тайги промысловиками. Эти «станки» были обитаемы преимущественно временно или сезонно: занятия только лесными промыслами не могли надёжно обеспечить поселенцев продовольствием, а доставка зерна через волоки была слишком дорога. Лишь некоторые из поселений, основанные у водных путей и в пригодной для ведения сельского хозяйства местности, становились постоянными, базовыми для значительной территории, освоенной «однобоко». По мере истощения ресурсов пушнины вследствие интенсивного промысла и климатических изменений, колонизация получила выраженную сельскохозяйственную направленность, изменившую и сам облик сельских поселений Севера.
Именно наличием «пустующих таёжных угодий» на ничьей земле, на «пограничье» между ареалами расселения двух этносов, меря и веси, можно объяснить первоначальное активное развитие именно Красного Волока, водно-волокового пути Ухтомица, ведущего со Средней Волги на север и северо-восток, от Белого озера, через озера Воже и Лача, реки Свидь и Онега, к «Дышачему морю». Так в древних русских летописях называлось Белое море, потому что в нём регулярно менялся уровень воды вследствие приливов и отливов. Это море «дышало», в отличие от других морей, известных тогда русским: море Варяжское (Балтийское) и море Русское (Чёрное и Азовское) являются внутренними морями, а море Хвалынское (Каспийское) вообще является огромным озером. Приливные явления для всех этих морей не характерны.
В дальнейшем же, с развитием новых общественных отношений, Красный Волок «захирел» именно по причине того, что, как пишет далее А.В. Суворов, «Самым коротким и удобным путем из Верхнего Поволжья в Подвинье и к Белому морю был Волок Славенский, соединяющий приток реки Шексны реку Славянку и впадающую в Кубенское озеро реку Порозовицу. Судя по археологическим свидетельствам, этот путь использовался постоянно, по крайней мере, с XIвека. В окрестностях современных сёл Никольский Торжок и Волокославино обнаружены археологические свидетельства активного освоения местности в древнерусское время: найдены несколько селищ и могильников, образующих компактный «куст» [археологических] памятников, окруженный малонаселенной территорией […] Найденные в погребениях вещи и богатые украшения костюма демонстрируют достаток и весьма высокий социальный статус местных жителей».
Названия Волок Славенский, Славянка и Волокославино свидетельствуют о происхождении жителей поселений, возникших вокруг этого волока. Ведь именно варяги-русь, переселенцы из западных земель, приняли на новых землях самоназвание «словене», то есть «владеющие словом», понимающие друг друга, в отличие от других, соседних народностей. Вот эти люди и выполняли определённые функции по обеспечению деятельности волока. Во многих археологически исследованных местных погребениях, относящихся к той эпохе, находят боевые топорики с серебряной инкрустацией – принадлежности дружинников, выполнявших контроль над важнейшим водно-волоковым путем. На рисунках 1 и 2 представлены экспонаты из коллекции музея.
Вот такие непростые люди из княжеской дружины контролировали перемещение грузов через Славенский волок. Теме варягов-русь в цикле статей данного канала в дальнейшем будет посвящена отдельная работа.
А.В. Суворов также указывает, что в Молого-Шекснинском междуречье располагалось ядро племенной территории веси. Эти данные совпадают с полученными автором данной статьи результатами анализа маркерных топонимов для определения ареала расселения веси (предков поморов?). Эта территория совпадает с восточной частью южной оконечности ареала характерных топонимов, и это как раз наиболее плотно заполненная ими часть ареала (см. статью про «Русь Беломорскую»).
В этом регионе, в урочище Городище, археологи обнаружили и исследовали поселение белозерской веси Крутик (IX– X века). В числе находок – арабские дирхемы (монеты), что укладывается в концепцию великого водного пути «из Варяг в Персы». М.Л. Серякова (см. также следующую статью, «Почему соврал Нестор-летописец»). М.Л. Серяков в своей книге «Битва у Варяжских Столпов» ссылается на важное филологическое наблюдение, сделанное О.Н. Трубачевым («В поисках единства», М., 1997). Поскольку ни один водный путь Северной Руси, включая путь «Из варяг в греки» и великий путь «Из варяг в персы», невозможен без волоков, чрезвычайно показателен русский характер номенклатуры волоков. Понятие «волок» как пространство, преодолеваемое судами, перетаскиваемыми посуху, есть только у славян с территории нынешней Германии и восточных славян, что указывает на его изобретение нашими далёкими предками без каких-либо влияний со стороны.
Учитывая тесные связи, существовавшие в течение столетий между славянами окрестностей острова Рюген и новгородскими словенами, нет ничего удивительного в передаче идеи волоков для налаживания торговых маршрутов. Без волоков трансконтинентальные торговые маршруты через русскую территорию были бы попросту невозможны.
Славяне жили вдоль рек, товары возили по водным путям. Русское слово «путь» исторически связано именно с перемещением по воде. Мы до сих пор говорим: «морской путь», «речной путь». Слово «дорога» в этих словосочетаниях не применяется. Такие слова русского языка, как «проводник», «проводить», «водитель» напрямую оказываются связаны с водой. Глубинный, скрытый смысл многих, в том числе и этих слов русского языка раскрывает в своей книге «Сорок уроков Русского» современный народный философ Сергей Алексеев: «Исток – точка, откуда истекает всё, что может течь, - вода, время, истины, то есть слово это равнозначно сути начала. Причалить – пристать к берегу, причалу, отчалить – пуститься в путь по воде. Начальник (в первичном смысле) – капитан корабля, проводник, судоводитель».
И далее, у С.Т. Алексеева, звучит мысль о том, что одной из профессий на Руси в древности должны были быть сволочи. Наряду с бурлаками, подобные им сезонные артельные работники, жившие на волоках, должны были называться именно так: сволочи. «Впоследствии эта профессия стала именем нарицательным, а слово, обозначавшее профессию – словом бранным. И всё из-за строптивого, гнусного характера работников: у купца товар портится, а сволочи не спешат и выжимают из торговца лишнюю деньгу. Попробуй не заплати – бросят судно на суше и уйдут – в общем, как сейчас шабашники. А другой бригады, то бишь артели, скоро не найдёшь, так что приходилось идти на уступки»
Что ещё почитать по этой теме:
1. Суворов А.В. Древности Белозерья: Путеводитель по археологической экспозиции Кирилло-Белозерского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника; под ред. к.и.н. С.Д. Захарова. / Вологда: «Древности Севера», 2010, 96 с.
2. Богданов А.П. Краткий курс русского варяга. М.: «Эксмо», 2018, 192 с.