Мощной прелюдией к посланию президента В.В.Путина Федеральному Собранию, обещающей качественно повысить быстродействие не только правительства, но и всей исполнительной власти в целом, стал новый шаг в нормализации документооборота и в целом механизма принятия решений, сделанный премьером Мишустиным после тщательнейшей подготовки. Только в юридически оформленном виде она длилась с ноября прошлого года – под непосредственным руководством руководителя аппарата правительства вице-премьера Григоренко.
Резкая активизация работы правительства под руководством премьера Мишустина с самого начала крайне болезненно тормозилась доставшейся ему в наследство громоздкой, хаотичной, а порой и откровенно нелепой системой согласования ведомственных нормативных актов, непосредственно обеспечивающих реализацию тех или иных решений правительства.
В результате совсем не редки были ситуации, когда та или иная (в том числе крайне значимая) правительственная новация оперативно поддерживалась Федеральным Собранием и президентом, реализовывалась в виде закона, а затем своевременно оформлялась постановлением правительства, - но только для того, чтобы уже после этого утонуть в бесконечных заведомо бессмысленных формальных согласованиях различных министерств и ведомств, иногда просто гонявших между собой бумаги по замкнутому кругу.
Несмотря на титанические усилия, лишь к началу 2023 года удалось завершить процесс принятия всех нормативных ведомственных актов, необходимых для реализации ранее принятых законов (стоит отметить, что бюрократические «долги» в этой жизненно важной для страны сфере копились аж с 2014 года – и вплоть до назначения Мишустина председателем правительства).
14 февраля он покончил с привычным административным адом, подписав постановление правительства о существенном изменении порядка подготовки ведомственных нормативных актов.
Прежде всего, - и это главный «внешний» результат, - сроки согласования приказов и иных документов министерств сокращены в 2,5 раза – с 30 до 12 рабочих дней. Столь впечатляющее ускорение подготовки достигнуто введением «параллельного» согласования их проектов: если раньше документы поступали из одного ведомства в другое по цепочке, последовательно, так что один локальных спор останавливал весь процесс, то теперь они могут рассматриваться всеми заинтересованными ведомствами одновременно. Кроме того, постановление вводит предельный (ранее никак формально не ограничивавшийся) срок подписания протоколов разногласий - пять рабочих дней.
Ограничивая сроки подготовки ведомственных нормативных актов, правительство ограничивает и их количество, вводя непременную обязательность подтверждения законных полномочий ведомства по изданию соответствующего приказа (ранее для его издания было достаточно простого желания – «инициативы» того или иного чиновника).
Наконец, постановление ограничивает предмет экспертизы Минюста проектов ведомственных правовых актов: теперь проверяется лишь наличие полномочий ведомства, прохождение проектом акта обязательных процедур (вроде антикоррупционной экспертизы и оценки регулирующего воздействия), введение им обязательных требований лишь с 1 марта или 1 сентября (таково требование закона) и наличие дублирующих документов.
Уже действующие ведомственные акты, в которые будут вноситься изменения, также в обязательном режиме подлежат новой правовой и антикоррупционной экспертизе. Как представляется, это позволит «в автоматическом режиме» очистить массив нормативных актов от устаревших норм.
При всей своей формальной малозаметности (а это, как мы помним, является общим свойством новаций Мишустина) упрощение и ускорение подготовки нормативных актов министерств и ведомств качественно повысит эффективность исполнительной власти и является поэтому важным этапом происходящей на наших глазах «тихой» административной революции.