Главная работа Крамского и один из любимых экспонатов Третьякова в его собственной галерее, - «Христос в пустыне». В центре картины – напряженно сжатые руки Спасителя: они показывают момент истины, момент выбора.
Крамской здесь обращается к евангельскому эпизоду, следующему после того, который изображен в «Явлении Христа народу» Александра Иванова. Христос после крещения уходит в пустыню на сорок дней. И там к нему приступает дьявол, который предлагает искушения: хлебом, властью и чудом. И лишь преодолев эти искушения, можно выйти на служение людям. Это и есть главный мотив для Крамского: преодоление, момент принятия решения и выбора пути - служения людям или служения собственным желаниям.
Эту картину Крамской обдумывает целое десятилетие, делает наброски еще студентом, потом едет в Европу посмотреть, как теперь пишут Христа там, после этого отправляется в Крым, бродить по каменистым пустыням и встречать зарю в Чуфут-Кале.
Пустыня Крамского – это холодные камни на мертвой, безжизненной земле. Над ними только начинает заниматься розовая заря - солнце христианства, которое ещё не взошло, но вот-вот взойдёт. Крамской пишет пустыню с завораживающей точностью, со скрупулезной детализацией. Навык Крамского как ретушера помогает ему в этой работе. Ведь когда-то в юности он начинал с того, что много лет работал в «фотоателье Эдлера», причем, стал виртуозом в своем деле и даже получил прозвище «Бог ретуши».
Только о своей картине «Христос в пустыне» Крамской говорит, что она писана слезами и кровью, что она глубоко выстрадана. „Вот уже пять лет неотступно Он стоял передо мной; я должен был написать Его, чтобы отделаться“, — пишет он. Все это время он мучительно ищет свой образ Христа.
Крамской то признается: "Мой Бог – Христос", то вдруг берется доказывать парадокс - атеизм Иисуса!
Крамской не может спать, чуть свет вскакивает с постели и пишет эту картину с самого раннего утра и до ночи, пока в полном изнеможении не валится с ног. Предельно лаконично он передает внутреннюю концентрацию, балансирование между долгом и эмоцией, между разумом и чувством.
О картине спорит вся просвещенная Россия. Христа кисти Крамского называют то Гамлетом, то Дон-Кихотом, то разночинцем, не находя в нем "ничего святого", а только "слишком человеческое".
Сам же Крамской оценивает свою работу очень высоко, и в буквальном смысле тоже. По его же словам, он "огорошил" Третьякова, запросив у него за эту картину шесть тысяч рублей. Поторговавшись, меценат все же приобретет полотно для своей коллекции и запишет в дневнике: "По-моему, это самая лучшая картина в нашей школе за последнее время".
Из книги "Передвижники. Художники-передвижники и самые важные картины конца XIX – начала XX века":
https://www.labirint.ru/books/740206