Как бы ни было соблазнительно считать, кому-то, что перелом в ходе Великой Отечественной Войны произошёл в результате «перелома в народном сознании», когда солдаты Красной Армии и просто граждане СССР перестали сдаваться врагу и вставать под его знамёна, потому что (вписать нужное).
Действительность почти прямо противоположна этим представлениям. Именно неожиданно сильное сопротивление Красной Армии
и крупные поражения Вермахта в 1941-м году привели к признанию необходимости возмещать потери за счёт местных людских ресурсов, впрочем, как и ресурсов оккупированных европейских стран*.
- формирования из идейных фашистов, националистов и белогвардейцев-эмигрантов стали основным источником иностранных солдат для Вермахта и СС, среди людей делавших выбор в спокойной обстановке и без принуждения. Эта тенденция сохранялась и в Европе, и на оккупированных территориях СССР.
- программы привлечения добровольцев среди широких кругов населения неизменно проваливались.
- однако, главным людским ресурсом полученным Третьим Рейхом в Европе были вовсе не идейные борцы против большевизма, из общего числа которых можно было сформировать только один армейский корпус (всего было создано 4 добровольческих дивизии в составе СС, не считая испанскую "голубую" в составе Вермахта и три хорватских с германским офицерским составом), а миллионы рабочих направленных в Германию, чтобы заместить мобилизованных из её промышленности германских рабочих.
Первые решения о «восточных добровольцах» были приняты «по умолчанию», но с лета 1942-го года необходимость использования людских ресурсов СССР признана на самом высоком уровне, то есть, лично Гитлером.
Таким образом, на переломный момент войны — Сталинградскую битву — приходится и момент наибольшей численности «восточных добровольцев» - хиви, число которых к лету 1942-го года достигает от 100 тыс чел до 300 тыс человек. Также, в 1942-м году начинается и история «Русской Освободительной Армии»...
- центром о котором идёт речь стал «Русский комитет», председателем которого считался сам Власов. Первое воззвание от своего имени Власов подписал 10-го сентября 1942-го года.
...и созданной под эгидой абвера РННА - Русской Национальной Народной Армии - в рамках которой должны были создаваться диверсионные и противопартизанские отряды.
Вопрос, какой выбор стоял перед людьми попадавшими в «добровольцы», мы рассматривали в предыдущей статье.
Сейчас же речь пойдёт о том, как проводились мероприятия по дальнейшей их вербовке и удержанию на службе Третьему Рейху.
Коллаборационистские формирования на Востоке.
В соответствии с Директивой №46 и инструкцией "Использование местных вспомогательных сил на Востоке № 8000/42 от 17 августа 1942 г." попавшие в их распоряжение людские ресурсы СССР германское командование разделяло на следующие категории по возможности их использования:
- представители тюркских народностей (Кавказ и Средняя Азия) и казаки, включая освобождённых военнопленных - использовались для создания отдельных воинских формирований, которые могли действовать на фронте
- добровольцы, включая освобождённых военнопленных, из числа прибалтийских национальностей, финнов, белорусов и украинцев в составе охранных подразделений для охраны тыла и контрпартизанской борьбы
- местные добровольцы, включая освобождённых военнопленных, могли использоваться как полиция, с выдачей или без выдачи униформы
- местное население и военнопленные использовавшиеся на службе Вермахта как постоянный вспомогательный персонал
- советские граждане чей труд использовался на дорожно-строительных работах
- советские военнопленные
По сути, только первая категория изначально рассматривалась как полноправные "союзники".
Начав в 1941-м с всего двух тюркских батальонов (и одного учебного), которые попали на фронт только в 1942-м году, на конец 1942-го года было отправлено на фронт 15 национальных батальонов (от 800 до 1000 человек в каждом), ещё около 50-ти продолжали готовиться.
Четыре кавалерийских эскадрона (150-200 человек в каждом) было сформировано из калмыков и ещё несколько продолжали готовиться.
Батальоны комплектовались трофейным оружием, но по штатам близким к немецким, за вычетом артиллерии (только миномёты и противотанковые пушки), и проходили длительную боевую, а заодно и "политическую" подготовку.
В их создании продолжали играть большую роль религиозные и политические лидеры.
Калмыцкие конные эскадроны создавались по инициативе местного командования* и использовались в составе войск как разведывательные, численность собственных германских к этому моменту сильно сократилась, в отличие от создававшихся централизованно тюркских батальонов, калмыцкие подразделения не получали ни единой формы, ни даже единообразных нарукавных повязок.
- несмотря на формальное соответствие "тюркскому" типу, генерал Хейнрици, по приказу которого они были созданы, в своих дневниках не отличает местные национальности друг от друга, всех называя русскими
Созданию национальных подразделений способствовало и то, что в конце 1941-го и в 1942-м годах Красная Армия получала пополнения из мобилизованных в Средней Азии и на Кавказе, с поражениями весны-лета 1942-го эти солдаты попадали в германский плен в большом числе.
Из казаков составлялись как кавалерийские подразделения, так и пехотные, несмотря на то, что они считались пригодными для использования на фронте, использовались и как контрпартизанские.
В 1942-м сформированы были 10-12 казачьих полков (фактически, батальонов).
Казачья конница также использовалась широко, до двух десятков казачьих эскадронов было создано при корпусах и дивизиях Вермахта на Востоке, плюс отдельный дивизион (6 эскадронов, до двух тыс человек) в резерве Группы Армий Центр.
Ценность казаков была и в том, что в 1942-м году Вермахт вступил на традиционно казачью территорию - Дон, Кубань и Терек. Инициативные группы местных казачьих чинов и эмигрантов обязались поставлять своим немецким союзникам не только добровольцев, но и снаряжение, в том числе, лошадей.
Несмотря на это, а также на приказы казачьих атаманов и старшин "всем способным носить оружие" явиться на пункты сбора и использование объявивших себя казаками военнопленных, удалось собрать всего около 25 тысяч человек*.
- здесь и далее, сведения о численности формирований по
- Дробязко С.И. "Под знамёнами врага"
Общим признаком этих подразделений было сравнительно небольшое число немецких чинов в их составе.
На фоне многомиллионных армий и десятков миллионов населения оккупированных территорий вся "первая категория" в 1942-м дала менее 80 тыс человек, считая с проходящими обучение, далеко не все из которых использовались на фронте. Привилегированное положение солдат этих подразделений, а их снабжение было приравнено к солдатам Вермахта, включая возможность обирать местное население, и длительная идеологическая обработка не стали панацеей от перехода обратно на сторону Красной Армии, из-за чего провалилась попытка создания из этих восточных батальонов самостоятельных соединений*.
была создана одна - 162-я пехотная дивизия
В 1943-м году начинается создание строительных рот и батальонов и среди этой категории пленных и добровольцев.
Вторая и третья категории "ресурсов" к 1942-му претерпели куда меньшие изменения.
Масштаб использования местной полиции продолжал расти, хотя удельный вес, в сравнении с собственными полицейскими силами Германии и её сателлитов, на оккупированных территориях, заметно снизился из-за роста численности последних почти в два раза и перевода большего числа полицейских подразделений на Восток.
Появились и новые охранные подразделения тыла из местных жителей и военнопленных, помимо охранных батальонов "шума", численность которых достигла 48 тыс чел.
Эти подразделения относились к самым различным ведомствам, немалую их долю составляла пожарная охрана. На селе несли "индивидуальную службу" те, кого мы обычно ассоциируем со словом "полицаи" - вооружённые местные жители уполномоченные поддерживать общественный порядок.
Общее число граждан СССР в местной полиции и охране всех ведомств к началу 1943-го года превышало 330 тыс человек*.
- в предыдущей статье я ошибочно указал это число как общее число служивших в местной полиции
Своеобразный режим "микроВиши" сложился в округе с центром в городе Локоть - довольно широко известная "Локотская республика", на её территории проживало до полумиллиона человек, а численность вооружённых формирований республики - «бригады Каминского», (в дальнейшем, РОНА - Русская Освободительная Национальная Армия), к 1942-му году достигала 10 тыс человек, которые набирались как из военнопленных, так и из местного населения путём мобилизации.
Общей рекомендацией было не ставить такие подразделения на охрану складов с оружием и других важных объектов без надзора со стороны немцев. В 1942-м году практика использования таких формирований на фронте была ещё только на стадии эксперимента.
РННА - Русская Национальная Народная Армия - стала примером провала таких экспериментов. Созданная, изначально, на добровольной основе, с офицерским составом из эмигрантов, а солдат из идейных противников советской власти среди военнопленных, "армия" все свои один полк и один батальон добирала уже вне зависимости от убеждений добровольцев, а первые её действия в советском тылу (диверсионные), а затем и на фронте стали и последними.
В результате первой диверсионной вылазки (захват штаба 1-го Гвардейского кавкорпуса в мае 1942-го) в составе одной батальонной группы число ушедших на сторону противника (на советскую, то есть) и число вернувшихся с задания оказалось почти одинаково, успеха, понятно, вылазка не имела.
В ходе контрпартизанских операций отдельные подразделения РННА добивались успеха, но переход на сторону партизан или Красной Армии с оружием в руках, иногда целыми взводами, не прекращался.
В сентябре 1942-го офицерский состав РННА был заменён немцами, но новая попытка применить эту армию на фронте (в декабре 1942-го), увеличив её численность до условной бригады, также потерпела неудачу. Три из пяти её батальонов были разгромлены.
В феврале 1943-го РННА была расформирована.
В дальнейших попытках создания таких формирований ошибки были учтены, и среди солдат фронтовых подразделений РОА - Русской Освободительной Армии - сразу набирались осведомители и агенты следящие за лояльностью остальных солдат, а ответственность за дезертирство любого солдата несло сразу всё подразделение. Число офицеров-эмигрантов было ограничено.
Четвёртая категория - хиви в составе Вермахта получили полное официальное признание, теперь подразделения и отдельные хиви были в составе каждой из дивизий Сухопутных войск (Heerswaffe), фронтовых частей ВВС (Luftwaffe) и в каждом из тыловых районов, а их допускаемая численность могла составлять до 1/5 от штата дивизии.
С определением общей численности добровольцев и "добровольцев", несмотря на то, что все эти категории были введены официальным документом, на текущий момент остаётся много неясностей.
- Дробязко С.И. в книге "Под знамёнами врага" называет возможную численность вышеперечисленных категорий (кроме сельских "полицаев" и пожарных) равной от 380 тыс до 535 тыс человек в 1943-м году, он же приводит и другие варианты расчёта (от американского автора М.Купера) численности суммарно местной полиции и хиви - до 420 тыс человек на начало 1942-го года. Мюллер-Гиллебрандт в "Сухопутные войска Германии 1939-1945" говорит о численности всех восточных формирований в полмиллиона человек (500 тыс чел) на конец 1943-го года, без дальнейшей детализации.
- Минимальной границей численности хиви, среди этих вариантов, вероятно, можно считать около 100 тыс человек, а максимальной их численность в войсках в 1942-м не более 300 тыс чел.
Продолжение следует.
