В небольшом сейфе, где моя семья хранит ценные ценности и важные важности, среди свидетельств и паспортов, бережно хранится маленький картонный квадратик с дырочками, старый, советский. На квадратике можно было прочесть надпись "Сухобезводное - Лапшанга". И этот "квадратик" воистину бесценен, ведь это билет на паровоз, который в народе называли "теплушка". И он следует прямиком сквозь время, в детство моей мамы.
Если сесть в него и доехать до конечной станции, то наверняка можно очутиться в прошлом. А пройдя пешком несколько километров, по солнечному лесу от станции, оказаться в деревне с пьянящим названием "Хмелевая". Там журчит маленькая речка, поросшая хмелем, а за речкой поле и лес. Вдоль улицы стоят дома, наполненные жизнью и заботами. У дороги - железная колонка, к которой подбежала кучка детворы, чтобы напиться. Еще бы, колонка, чудо цивилизации, а до этого воду черпали из колодца. Вот на подводе везут товары в сельпо и афишу нового кинофильма, который будут крутить в клубе вечером. А вон там сам "клуб", где вечерами собирается молодежь. А вот эта изба мне знакома, кажется, я там была раньше. Пожилая женщина и озорная девчушка приглашают меня зайти... Это моя мама, она приехала в деревню на лето, и моя прабабушка.
Конечно же, всего этого я никогда не видела, и не знаю. О жизни и теплоте этого места поведала мне мама. Для нее оно навсегда останется особенным. Последний раз я посещала Хмелевую будучи подростком, лет 17 назад.
После развала Советского Союза деревню постигла заурядная судьба, сельское хозяйство загнулось, молодежь уехала, а старики дожили свой век. Деревни больше не стало, она была заброшена. Природа брала свое. Облупленная, никому не нужная колонка так и стояла. Пустые, разрушающиеся дома грустили вдоль дороги, в них хорошо поживились мародеры. Что же там сейчас, 17 лет спустя?
Покинутые людьми деревни не такое уж необычное явление, характерное не только для России. Урбанизация идет повсюду. И люди навсегда покидают свои родные маленькие местечки.
Вот и в Норвегии есть целый покинутый остров - Люньойя (Lundøya). Это место близко сердцу моего мужа-норвежца. Примерно так, как мне близка заброшенная деревня Хмелевая. Там родились и жили его прабабушка и прадед. Там его горы и его океан. Там его сердце и его память. Прошлое, о котором он не помнит, но чувствует. Как я чувствую живую Хмелевую, никогда ее такой не увидев.
Единственное, и архиважное, различие в том, что его "деревня" хоть и покинута, но вовсе не мертва. И уход людей с острова был не концом, но новым, иным, началом. И оставленные дома не зияют пустотой и тоской. Они очень даже живы.
Остров Люньойя был фермерским местечком, на нем располагалось около 30 ферм, жители занимались тем, что держали коров и производством молока. Выкупать молоко у фермеров приплывали на специальной лодке. В 1970-х годах кто-то решил, что это стало нерентабельно, и лодка перестала приплывать за молоком. Самое печальное, что это произошло тогда, когда на остров провели электричество, и люди стали автоматизировать и улучшать свои хозяйства. Жители в одночасье лишились своего заработка и были вынуждены перебираться на континент. Что и произошло.
А вот тут самое интересное. Кто-то бросал свой дом, чтобы отстроить новый, а кто-то... перевозил весь дом целиком. То бишь, норвеги разбирали свои дома, аки конструкторы лего, перевозили, и собирали обратно на новом месте. Таким образом с острова перевезли даже местную школу. От "переехавших" домов остались лишь каменные фундаменты.
Те же, что не увезли дома с собой, естественно, сохранили на них право собственности. И передали своим детям, которые продолжали заботиться о покинутом семейном гнезде. И хотя на острове уже давно никто не живет на постоянной основе, о домах заботятся и используют их в качестве летних дач. "Хитта" - норвежское понятие, которое обозначает домик на природе. Вот в "хитты" и превратились покинутые фермерские дома. Некоторым из домов более 300 лет, они в отличном состоянии, и люди этим гордятся. Также есть "молодежный клуб" и кто-то тоже его сохраняет и заботится.
Хотя луга и пастбища фермеров уже давно заросли лесом, наследники продолжают ухаживать, любить и посещать "родную дерёвню". Травка у ферм-дач аккуратно подстрижена, старинные деревянные избушки ухожены, ни единого признака разрухи. К слову, на острове нет ни одной автомобильной дороги, ни одного магазина, сотовые сети ловят еле-еле (или не ловят), и добраться туда сложно, только на собственной лодке.
Посещение этого места всколыхнуло мои воспоминания и мне захотелось поделиться с Вами.
Если понравилась статья - подписывайтесь и ставьте лайк!
С уважением, Открытый путь