Отрывок из повести "Изгой или судьба Мити"
Часть 3
Начало здесь
Так теперь и потекла наша жизнь. Два раза в день прогулки на колеснице с неизбежным ритуалом: прицепить — отцепить. Конечно же, со временем мы приноровились, и процесс был доведён практически до автоматизма. Позднее были придуманы усовершенствования, облегчающие неприятную процедуру. Коляска, которая была сделана специально на заказ для Мити была далека от идеала. Как сама коляска, так и система ремней, поддерживающих его в ней.
К железному каркасу на колёсах Митя должен был подвешиваться системой ремней. Была специальная шлейка, которая имела дополнительные ремни для того, чтобы иметь возможность довести собаку до коляски и там, уже перещёлкнув защёлки, она крепилась к коляске. Ещё две пары ремней поддерживали её под грудь и живот.
Всё вроде по задумке было правильно, но при эксплуатации выяснилось, насколько несовершенна и не продумана была эта конструкция. Ремни слишком тонкие, жёсткие и слишком прямолинейные, что ли. Они нещадно натирали Митину кожу, везде где только соприкасались с его телом, везде, где только брали на себя хотя бы часть его веса. Это особенно касалось подмышек.
Конечно же, это не добавляло у Мити любви к этой экзекуции и к прогулкам. Нам пришлось подкладывать под ремни махровые полотенца, сложенные в несколько раз, чтобы хоть ненамного уменьшить его истязания.
Потом мы приобрели спасательный жилет для плаванья и уже на него сверху пристёгивали все ремни. А также этот жилет был удобен тем, что имел дополнительную ручку, за которую Митю было удобней таскать, так как шлейка, которая должна была выполнять эту функцию всё время сползала ему на шею и душила.
То есть, не сразу, методом проб и ошибок, с возгласами «Эврика!» мы достигли более или менее комфортного для Мити пребывания в его колеснице.
Достаточно долго, процесс погрузки-выгрузки мы производили с Денисом вдвоём, позже, уже имея хоть какую-то малую помощь от Мити, Денис мог это делать в одиночку.
А после того как мы привязали крюк над выходом на террасу, эта задача ещё больше облегчилась. К тому времени мы уже не затаскивали коляску в дом. Она была припаркована на террасе и ожидала Митю там.
Сначала надевался плавательный оранжевый жилет, сверху на него - шлейка. Ухватившись за обе ручки, Денис, как штангист, рывком поднимал Митю с матраса. К тому времени тот уже самостоятельно семенил на задних лапах хоть и против своей воли, но значительно облегчая эту процедуру. Вытащив его на террасу и, ещё поднапрягшись и прицепив его за шлейку к этому крюку, можно было поместить собаку в коляску менее трудозатратно.
И даже пришло время, когда используя это приспособление и свою не в меру возросшую, благодаря ежедневным систематическим упражнениям, физическую силу, я могла сделать это одна, без помощи Дениса.
Всё это придёт, но вначале...
Каждое утро начиналось одинаково. Надеть жилет, шлейку, вздёрнуть Митю на коляску и вытащить вместе с ней во двор. Часовая прогулка, невзирая на погодные условия, включала в себя стояние, массаж и хождение. Нашей первой задачей было разработать задние ноги Мити.
За два месяца, которые он провёл полностью обездвиженным, его мышцы практически атрофировались, в том числе и на задних ногах. Снова начинать ходить он категорически отказывался. Вначале отказывался и стоять и первое время приходилось брать с собой складной стульчик, на который он мог бы присесть и немного передохнуть.
Неохотно, то и дело обречённо вздыхая, повесив голову на перекладину коляски, Митя волочился следом за Денисом, который с усилием тянул за собой нашего страдальца. Дело было зимой, снега было много. Коляска то и дело застревала. Двигаться она могла только прямо. Чтобы повернуть, а тем более развернуть её, нужно было поднять её за переднюю перекладину вместе с висящим Митей и на весу развернуть в требуемом направление.
Так как наша территория имела свои границы, которая ещё более уменьшилась за счёт непроходимых сугробов, рабочая дистанция составляла метров десять. Вот так и гуляли с Митей, то и дело разворачивая коляску туда-сюда. Вообще, вопрос о том, не стоит ли походить в тренажёрный зал, отпал сам собой.
Потребовалось немало времени, чтобы Митя хотя бы смог просто стоять на задних лапах. Его приходилось подстраховывать, держа за хвост. Без этого он просто подгибал ноги, не в силах держать собственный вес. Но постепенно, шаг за шагом, день за днём задние Митины ноги потихоньку крепли. И вот он уже может стоять. Ноги дрожат, хвост поджат, в глазах лютая тоска, но стоит.
Должна сказать, что первое время он держался очень отстранённо. Никакой радости при встрече. Утром подойдёшь к нему поздороваться, погладишь его, приласкаешь, а он отвернётся равнодушно. Вначале он нас воспринимал, как мучителей, особенно меня, потому что я, помимо участия в прогулках, ещё делала уколы, массаж, разные компрессы, что совсем не вызывало у него прилива доверия ко мне. Я для него была чужая тётка, которая всё время мучила и не давала ему покоя.
Он научился выплёвывать таблетки, которые ему приходилось пить целыми горстями два раза в день по пять-шесть штук зараз. Откроешь ему рот, запихнёшь туда целую горсть и, держа щипец, сидишь возле него, ждёшь, когда он их проглотит.
Он лежит, затаившись, даже не шелохнётся. Вроде и не сопротивляется, но всем своим видом демонстрирует, что глотать таблетки не будет. Пытаешься заглянуть ему в глаза — отводит. Всем своим видом Митя олицетворяет собой упрямство. Это не собака, это просто воплощённое «Не хочу, не буду!». Сижу рядом, держу морду, жду. Минуту сижу, две, пять. Митя изредка мученически вздыхает, устал он от меня.
— Митя, ну, сколько можно ждать, глотай. Всё равно не отстану.
Молчит, ждёт, пока я отвернусь. Наконец, начинает шевелить челюстью, вероятно, накопилась слюна, надо сглотнуть, никуда не денешься. Подняла упрямую голову, глажу по горлу. Вот сейчас, ага вроде сглотнул. Какое облегчение! Отпустила, отвернулся, обиженный. Встала, отошла, слышу — возится. Подхожу, смотрю таблетки валяются рядом, всё-таки перехитрил меня и выплюнул. Собираю и снова запихиваю ему в пасть. Снова сидим.
Вечером снова прогулка. Подъём, вынос тела и променад. Теперь, когда Митя уже может самостоятельно стоять, нужно начинать осваивать ходьбу.
Денис спереди, лицом к Мите, пятится назад и тянет за собой коляску. Митя изо всех своих сил упирается. Он не хочет переставлять ноги, он или пытается сесть, но я на подхвате или, упёршись задними ногами, пытается остановить коляску. Денис пыхтит, Митя тоже. Борьба идёт не на шутку, кто кого перетянет.
— Вот упрямый! — в сердцах говорит Денис.
— Ничего, пусть сопротивляется, для него это хорошая тренировка, как и для тебя. — хихикаю я.
Ну, всё же потихоньку Митя сдаётся и начинает переставлять ноги и вот это уже почти похоже на ходьбу. Неуверенно, очень медленно, с остановками, но Митя, повиснув на своей колеснице, уже следует за Денисом. Вот дошли до угла, Денис приподнял коляску, развернул на сто восемьдесят градусов и снова поволок Митю за собой.
— Врач говорила, что он должен сам толкать коляску. — со вздохом говорю я.
— Чего захотела, зачем ему это? — ворчливо отвечает уставший Денис.
Да, до того, чтобы он самостоятельно толкал коляску было ещё очень далеко.
Но всё-таки этот день настал. Я никогда не забуду, когда впервые мы почувствовали первый, ещё совсем слабенький толчок коляски вперёд. Митя впервые совершил сам поступательное движение, в его задних ногах накопилось, наконец, достаточно силы, чтобы сдвинуть самостоятельно эту лёгкую, алюминиевую коляску с места. Это была победа!
— Ты это видела? — возбуждённо говорил Денис. — Видела? Он сам толкнул коляску, сам сделал шаг.
Они стояли на террасе, длина её была метров шесть, и на этом пяточке они демонстрировали мне свою первую победу.
Я с затаившимся дыханием ждала. Мне трудно было в это поверить, но так хотелось.
Денис отошёл от Мити на несколько шагов и позвал его:
— Митя! Иди ко мне.
Митя, который к тому времени проникся к нему доверием, с тоской смотрел на удалившегося Дениса.
— Митя! Иди к нам. — позвал его Денис снова.
И вдруг коляска дрогнула, и Митя сделал первый шаг.
— Молодец, Митюша, молодец! Иди ко мне!
Митя мотнул головой и с отчаянным видом, как будто прыгает в воду с обрыва, сделал второй шаг, третий.
Он спешил к Денису, пока очень медленно, но уже сам смог переместить своё тело в пространстве пусть пока что только и с помощью коляски.
Начало здесь
Полностью история про Митю здесь
Продолжение повести "Шаман или история одного алабая"