Учёба моя не прошла даром, я получила там ответы на очень важные вопросы о себе и устройстве человеческой боли. Для меня всегда было парадоксом, как прекрасные, заботливые женщины, которые «всё для семьи» нарываются на жестоких и холодных мужчин. Меня всегда колола мысль, что женщины сами таких себе выбирают, мол виноваты, чего теперь ныть. Невыносимо было от мысли, что порой женщины держатся за такие отношения, игнорирую возможности уйти, отрубая их для себя. Я не хотела мириться с этими мыслями и хорошо, что не смирилась.
Внутри мы все устроены сложнее, чем кажется. Мы строим свой способ жить из тех возможностей, которые нам удалось ухватить и впитать в самом начале жизни. Иногда этих возможностей очень мало, иногда это крохи и внутренний голод, на котором очень сложно построить здоровые отношения.
Если в детстве меня и мои потребности хронически не замечали, если меня любили только когда я делала что-то важное для других (даже если это важное было мне самой очень неприятно), если глубоко внутри меня живёт ощущение тотальной ненужности и неважности, то я буду строить свои отношения с другими очень тяжёлым для себя способом. Это про хороших девочек, которые с самого детства учились думать о маме и папе, которые не доставляли проблем, всегда обо всех заботились и не причиняли хлопот. Это те девочки, которые очень рано отказались от здоровой детскости, вынеся для себя знания, что «меня не любят просто так. Нужно стараться, чтобы заслужить любовь и право на хорошее к себе отношение»
Со временем такой опыт превращается в очень тягостное ощущение, что «меня и правда не за что любить, я правда никому не нужна». Это превращается в нелюбовь и неприятие самой себя, заливая нутро дёгтем жгучей боли, непереносимостью этого факта. С этой чернотой до ужаса страшно жить, и мы начинаем заполнять её извне. Мы начинаем привычным способом заслуживать любовь, делать очень много для других, вкладываться в них, с неосознанной надеждой, что когда-нибудь нас увидят, полюбят и примут. И иногда это доходит до самоотречения, до желания жертвовать всем ради других, потому что иного пути получить любовь для нас будто бы не существует.
В основе самопожертвования, буквального отказа от спасения из абьюзивных отношений, насилия и боли лежит глубокая нелюбовь к себе, выросшая из тяжкого опыта неуслышанности и незамеченности. Для того чтобы сказать: «Со мной так нельзя», нужно себя любить, а тут любви нет, не завезли, не проросло. И тогда абьюзивные отношения служат единственным способом жить, потому что в них можно бесконечно заслуживать эту любовь и никогда не заслужить. Это некий лимб, вечно воспроизводящий собственный внутренний кошмар.
Ни одна жертва хронического насилия не выбирает такого для себя осознанно. Только вынужденно, только потому что иного пути она для себя не видит.
И тут чтобы помочь, последнее дело говорить о том, что «ты сама виновата, тебе видать нравится, что с тобой так обращаются!», потому что она внутри итак уверена, что она не нужна и не любима. Чтобы помочь нужно услышать боль этого человека, которую никогда никто не слышал, обратить на неё внимание и помочь выдержать осознание того факта, что «для любви к себе жертвы не нужны!»