Его не стало в 87-ом году уже прошлого века, когда мне было всего одиннадцать лет. Ушёл рано, в 36. Ранним январским утром, собираясь на работу, отец разбудил и попросил меня: -- Наташа, закрой за мной дверь. Вечером этого же дня он оказался на операционном столе, врачи делали всё возможное. Но, увы... 18 января 1987 года стал для меня днём скорби. Его образ практически стёрся из моей памяти. Так, лёгкий абрис. И именно того последнего дня -- кроличья шапка-ушанка, тёплый бушлат, унты... Своих фотографий он оставил очень мало, да и сделаны они были фотографом-любителем, поэтому качество желает лучшего. Это сейчас в наших умных телефонах хранятся гигабайты снимков, а тогда, в далёкие 70-е и 80-е люди вполне себе счастливо жили без селфи. Мёртвым папу не видела. Мама была против. Сказала: "Пусть он останется в твоей памяти живым". Так и случилось. Память выдаёт только живые образы отца. И с высоты сегодняшних лет считаю, что решение мамы было верным. С тех пор он смотрит на меня