Ясное лето купается в заводи. Ясное небо, прозрачна река. Облако движется где-то на западе, Волны родятся и тонут в веках. Преображение. Август печалится. Яблокам дарит медовую грусть, В листьях березовых тихо качается, Ветром шумит… Я на гору взберусь И посмотрю: позади меня, спереди Роща колышется, шепчет листвой. В ясной воде отражается с берега Мой силуэт и как будто бы – твой… И прошепчу, словно Пётр, от неведенья, Рая ворота на миг отворив: «Господи! Сделать три кущи к обедне бы! Жить бы всегда среди плачущих ив!»
Ясное лето купается в заводи.
Ясное небо, прозрачна река.
Облако движется где-то на западе,
Волны родятся и тонут в веках.
Преображение. Август печалится.
Яблокам дарит медовую грусть,
В листьях березовых тихо качается,
Ветром шумит… Я на гору взберусь
И посмотрю: позади меня, спереди
Роща колышется, шепчет листвой.
В ясной воде отражается с берега
Мой силуэт и как будто бы – твой…
И прошепчу, словно Пётр, от неведенья,
Рая ворота на миг отворив:
«Господи! Сделать три кущи к обедне бы!
Жить бы всегда среди плачущих ив!»
